– А, Любаша?

– Не знаю…

– А я знаю!

С этими словами он полез в карман, достал свернутую в тугую трубку пачку евро, стянутую розовой резинкой, развернул ее, отсчитал пять купюр и протянул Але:

– Вот, подружка, бери… нам с Любашей не жалко…

Люба ничего не понимала… Если с самого начала он вел себя нормально, почти естественно, как если бы он был ее парнем, то теперь он явно перегнул палку… Возможно, ему нельзя пить? Тем более слегка разбавленный спирт.

Аля от денег отказалась. Сказала, что не может принять такой подарок. Что у нее тоже есть парень и он сам решил ее финансовые проблемы…

Саша пожал плечами, но деньги обратно не взял.

– Я тебе дал, а уж возьмешь ты или нет – твое дело.

Аля засобиралась домой. Вспомнила, что у нее еще полно дел дома…"

"До двери ее провожал Саша. Люба лишь успела помахать ей рукой. Сказать уж тем более ей не получилось.

Аля ушла, Саша, мрачный, вернулся за стол и опрокинул в себя еще полстакана разбавленного спирта.

– Как ты думаешь, она ничего такого не подумала? Не догадалась?

– Откуда ей что-то знать… Она-то здесь не живет.. Мусор не выбрасывает…

– Странно все это… Столько часов прошло… неужели никто не заметил? Не позвонил в милицию?

…Спать она постелила ему в большой комнате. На продавленном диване. Он не возражал.

– Учти, пистолет мой под подушкой… не глупи… Будешь умницей, я и тебе отстегну…

– Послушай, а если придут ночью… Ты можешь не разобраться, что к чему. Начнешь пальбу, пристрелишь меня… Что делать мне, если позвонят?

– Разбудишь меня, я переберусь к тебе на кровать, вроде мы вместе спим, понимаешь?

– Ладно…

– А вообще-то, было бы лучше, если бы прямо сейчас вместе легли…

Он уснул, так и не договорив. У Любы сна не было. Она отправилась на кухню мыть посуду. Часть времени уже прошло, осталось совсем немного, каких-нибудь тридцать шесть часов… Главное, чтобы пришли из милиции, поговорили с ней и ушли. И тогда он успокоится…

И все же она уснула под монотонное звучанье телевизора. Ей снилось, будто бы она идет по улице в шубе, и снова все оборачиваются на нее, тычут пальцами, смеются ей в спину… А потом ей навстречу вылетел трамвай, он становился все больше и больше и грозился уже раздавить ее, как вдруг раздался характерный травмайный звонок, словно водитель только заметил ее… Он звонил, звонил до тех самых пор, пока она не пришла в себя… Открыла глаза. Рядом с ней стоял бледный, трясущийся Саша. В руках его была свернутая постель.

– Звонят. В дверь… Открывай… А я лягу… – Он спрятал постель под кровать и лег. – Послушай, я скажу тебе только, что эти деньги ему достались легко и он вполне мог бы ими поделиться, все-таки не чужой он мне…

– Это ты о том парне, который там… наверху?

В дверь продолжали настойчиво звонить.