И пошли наши вперед, еще двух «горынычей» походя расстреляли. И вроде даже еще кого-то из горящего дома спасти сумели – решетку на окне буксирным тросом зацепили и дернули."

"Киндер, кого я вынес, девочка оказалась, лет четырех, беленькая, глаза синие. Как зовут, бог весть, я ее санинструктору на руки сдал, и назад. А оказалось, что с самоходчиками, которые «святой полк», знаменитый на весь Первый Белорусский, в этот день корреспондент из Москвы был, он меня вечером уже разыскал, поспрашивал. И вот, статья в «Правде»! И фотография моя на первой полосе. С которой после, как говорят, памятник лепили, что и сейчас в Трептов-парке на горе стоит – бронзовый русский солдат с немецкой девочкой на плече, в другой руке автомат АК. Так я в историю и попал, сам не ожидая.

А тогда после подвели мы к стенке пойманных фрицев, кто убежать не успел. Оказались они и не фрицами вовсе – один на коленях ползал и кричал:

– Я в советском Львове родился, меня заставили!

Другой лишь зыркал зло, как волк, и только один раз проорал:

– Ще не вмерла Украина!

Правильно, что приказ был таких в плен не брать. Выстроили этих бандер, или Бендер (тьфу, их и так, и сяк обзывали) у стенки соседнего дома, и напоследок ротный наш спросил:

– Пошто людей сожгли, ироды?

А самый борзый возьми и ляпни:

– А они сами сгорели! Смерть немецким оккупантам!

Тут ротного прямо перекосило. Единственное цензурное, что он сказал:

– Повесить! Вот на этих деревьях и фонаре. Расстрел для них – много чести!

Так веревок не нашлось, а самоходчики на просьбу одолжить канат – узнав, зачем, послали по очень дальнему адресу. И тут кто-то про огнемет вспомнил, у одного из дохлых фрицев у ворот. А вот интересно, в нем еще заряд остался? Оказалось, есть – опытным путем и установили, на этих бандерах. Подробности – не для печати.

После нас дивизионный прокурор допрашивал – и ротного, за то, что допустил.

– Что за средневековье устроили – вспомнили про аутодафе?

Кончилось все бумагой, что эти недобитки пытались захватить трофейное оружие, а мы отбивались, и под руку огнемет попал. Показания оформили и посоветовали молчать. А может, и сверху команда пришла дела не заводить – не дураки же начальство, чтобы поверить, будто бандеры на нас врукопашную решились, а мы защищались? И рассказы по всему фронту ходили, как наши брали Освенцим – фильм про «обыкновенный фашизм» все смотрели, но своими глазами все это увидеть – совсем другое дело. Так коменданта, которому не повезло сбежать, на кол посадили, грамотно – и эта сволочь сутки подыхала, там в Тувинской добровольческой были те, кто умел.