Этот конь будет парадно-выездным. Больше никто мне не приглянулся.

Пока ходил между продавцами, наткнулся на Томаса с его дядькой, которого звали Жак. Они продавали свою кобылу. Просили за нее слишком много, поэтому никто не покупал. Вид у рыцаря был неважнецкий.

— Что случилось, Томас? — спросил я.

— Ничего не случилось, — гордо ответил он. — Кобыла не нужна стала, вот и продаю.

— Жеребцов мы потеряли, — признался вместо него дядька Жак.

— Как? — поинтересовался я.

— Встретились с отрядом Вильгельма Ипрского, — сообщил Томас и обиженно добавил: — Их было намного больше нас!

Вильгельм Ипрский был внебрачным сыном фламандского графа де Ло, командовал в Англии отрядом наемников.

В отличие от остальных участников гражданской войны, сражался за деньги, причем все время на стороне короля Стефана, хотя, как я слышал, сторонники императрицы делали ему заманчивые предложения. Был он человеком безжалостным, а его отморозки грабили и убивали всех подряд. Рыцари, которые, как они утверждали, воевали не за деньги, но при этом перебегали из одного лагеря в другой и грабили и убивали не меньше, презирали Вильгельма Ипрского. Он сумел сколотить отряд человек в триста, собрав со всей Европы самых лучших и самых беспринципных, которые подчинялись только ему. По моему мнению, этот отряд был самым боеспособным подразделением в Северной Европе. В том числе и потому, что был самым, как это ни странно звучит, дисциплинированным.

— Разве граф Глостерский не оплатил ремонт лошадей? — спросил я.

Осенью Вильгельм де Румар за весь свой отряд оговорил, что граф Глостерский оплачивает потерю в бою или лечение раненого коня.

— Я забыл сказать, — признался Томас.

Ему не терпелось повоевать, поэтому забыл оговорить условия найма.

— Твой договор закончился? — спросил я.

— Полторы недели назад, — ответил юноша. — Продам кобылу, куплю жеребца и на этот раз обязательно оговорю его потерю.

— За эту цену кобылу ты не продашь, а если и продашь, на жеребца все равно не хватит, — сказал я.

— Хватит! — уверенно произнес он, потом, подумав, добавил: — Займу у кого-нибудь, — и посмотрел на меня.

— У меня есть предложение получше, — произнес я. — Иди ко мне служить.

— К тебе?! — не поверил своим ушам Томас.

— Ко мне, — повторил я. — У меня теперь есть манор и есть лошади и для тебя, и для Жака.

Когда выдавал замуж Краген, Эйра попросила меня:

— Найди и мне мужа-рыцаря.

Я сказал ей, что постараюсь. Заодно получу второго, нужного мне рыцаря для Беркенхеда.

Томас обдумывал мои слова, а дядька опять шпынял его в бок, стараясь делать это незаметно.

— Поплыли ко мне, посмотришь на месте. Если не понравится, добавлю тебе в долг на жеребца, — предложил я.

— Ну, давай, — сделал он мне одолжение.