Это они натравили короля на епископа Роджера Солсберийского, после чего Стефан потерял поддержку церкви и началась гражданская война."

"Отряд Вильгельма де Румара, и я в том числе, в первый день следовал в авангарде. Потом нас оставили в покое. Мы тащились вместе со своим обозом где-то в середине. Опять шел дождь. Дорогу разбили окончательно. Колеса кибитки утопали в грязи сантиметров на двадцать. Кобылы сильно уставали, а за ночь не успевали отдохнуть и наесться, потому что лошадей было слишком много, а корма слишком мало. Я подкармливал своих лошадей овсом, два мешка которого купил еще в Честере.

Движемся очень медленно, в день проходим не более двадцати пяти километров. К счастью, на третий день мы въехали на территорию Вустершира — и началась другая жизнь.

Обоз под охраной пехоты продолжил двигаться на Вустер, а наш отряд, следуя примеру других, свернул на дорогу, уходящую вбок. Вела она к деревне, огражденной невысоким тыном. От деревни к лесу убегали крестьяне. На холме рядом с ней находился манор — каменно-деревянное двухэтажное здание с деревянными одноэтажными служебными помещениями. Ворота были закрыты.

Укрепленное здание никого не интересовало. Все рванули к деревне. Принадлежала ли она Галерану де Бомону или его вассалам или нет — это никого не интересовало. Ворота в тыне были нараспашку. Наверное, чтобы потом их не ремонтировать. В деревне было две улицы, десятка четыре домов. Умфра и Джон ворвались в нее раньше меня и заняли дом, который посчитали богатым. Маленькая деревянная лачуга с соломенной крышей. Во дворе пусто, хотя в курятнике кто-то кудахчет. Из дома вышла женщина лет сорока пяти. Выражение лица отсутствующее. Она словно бы не видит, как Умфра выносит из курятника петуха и пяток кур со свернутыми головами, а Джон выкатывает из дома бочку с ячменем. Часть зерна оруженосец отсыпает в деревянное ведро и ставит перед Буцефалом, который начинает с громким хрустом есть ячмень. По несколько горстей зерна Джон высыпает прямо на землю перед своим конем и Умфры, который привязывает мертвых кур за лапы к седлу. Я этому не учил своих оруженосцев. Скорее всего, их проинструктировал дядька Томаса. Они сейчас грабят другой дом. Джон наполняет зерном мешок и крепит его на своем жеребце позади седла. Из дома выходит Умфра, выносит топор, отрез грубой ткани, кусок свиного окорока и зеленовато-оранжевую тыкву. Следом за ним из дома выходят мальчик и девочка лет пяти и трех, одетые только в грязные и помятые рубашонки. Девочка сосет палец и с интересом смотрит, как Умфра пытается завязать добычу в отрез ткани, но она все время развязывается. Наверное, это внуки женщины. Их мать прячется в лесу вместе с мужем и старшими детьми. И, уверен, зерно мы забрали не последнее.