Кому интересно, что на дочь главы начальника Генерального штаба Российской Империи попытались напасть? Гораздо важнее, как идут переговоры между нашим государем и кайзером Германии, который всерьез испугался возможной агрессии.

Мой ответный метеоритный дождь, похоже, навел немалого шороха среди немецкой правящей элиты. Учитывая, что ранее такие масштабные чары не применялись на поле боя, я почти уверен, что кто-то в Германии откопал «великие знания предков», и решил обкатать их на деле в Польше. Я даже допускаю, что удар вообще против русских направлен не был, и предполагалось уложить Вышноватого с его подчиненными. Но этого теперь не узнаешь, от места, в котором запускались чары метеоритного дождя, сейчас осталась только оплавленная глубокая воронка со спекшимися склонами.

Главное, что в результате обмена ударами немцы резко охладили пыл и вместо того, чтобы форсировать захват Польши, сосредоточились на удержании уже захваченной территории. Его императорское величество наоборот наращивал группировку наших войск на ее востоке. Так что разделению, скорее всего, быть. Вопрос лишь в том, где пройдет будущая граница.

Ну и что делать с новым населением, разумеется, я тоже не представлял. К счастью, это не моя проблема. И я очень надеюсь, что не только силовые структуры опомнились и начали работать, как им полагается. Потому как в Кремле есть специально обученные люди, которые и обязаны заниматься подобными вопросами.

— Иван Владимирович, — заговорил Демин, показавшись из-за двери моих покоев. — Вам пришла посылка. Мы ее проверили вашими артефактами, никакой магии внутри не обнаружено.

Я кивнул и, поднявшись с дивана, прошел к своему начальнику безопасности. Даниил Игнатович вручил мне черную металлическую шкатулку. По граням она была отполирована до блеска, на поверхностях не нашлось никаких узоров. А единственное отверстие было запечатано сургучом.

— Кто отправитель? — уточнил я, ставя посылку на журнальный столик.

Демин заглянул в лист, явно врученный почтальоном.

— Синьхуа Су, — прочел он.

Я хмыкнул.

— Из Поднебесной?

— Провинция Хэй-лун-цзян, — по слогам прочел Даниил Игнатович. — Не знал, что у вас есть знакомые в Китае.

— У меня их и не было, — пожал плечами я, на всякий случай проверяя шкатулку самостоятельно. — Впрочем, сейчас узнаем, что от меня нужно этой Синьхуа Су.

Сургуч осыпался под моим воздействием, и я совершенно спокойно открыл крышку. Внутри лежали костяные пластины, однако сам материал явно был новоделом, с первого взгляда было заметно, что предметам никак не больше нескольких лет. Слишком хорошо они сохранились.

С помощью телекинеза я вытащил содержимое на столик и, заглянув в шкатулку, чтобы убедиться, что ничего внутри не осталось, захлопнул крышку.