Но он просто не мог смолчать.

— Джош. — В голосе Хортона звучало сочувствие. — Всё записано на плёнку. Киран Бруннер приказал тебе убить Сноу и помочь ему бежать.

В одном глазу Джоша запульсировала боль, и он прижал к нему руку.

— Сноу собирался изнасиловать Кира. Это на плёнке есть?

Хортон помолчал.

— Нам не стоит сейчас об этом говорить, Джош. Потом.

— Вы видели, на этой плёнке, что Сноу с ним сделал? — продолжил Джош, повышая голос. Ему надо было бы взять себя в руки, но в висках пульсировала боль.

— Обстоятельства характера отношений Сноу и Кирана Бруннера будут тщательно изучены, — успокаивающим тоном заверил Хортон, будто Джош предъявил жалобу о дресс-коде. — Возможно, они приняли нездоровый поворот. Но мы не знаем точно, по вине Сноу ли всё это. Подозревают, что в конце Сноу перестал контролировать Кирана Бруннера.

— Чтобы Сноу мог его изнасиловать? Чёрта с два!

«Ты не видел его прошлой ночью».

— Джош. — В голосе Хортона опять звучала жалость. Его хотелось ударить. — Кир — один из кукловодов, использующих секс для манипулирования людьми. Радуйся, что жив остался.

— О, я рад. — Накатила тошнота. Джош отключил телефон и опустил голову между ног. Плохо было то, что теперь он не мог вспомнить, что произошло на самом деле. Кир крикнул ему убить Сноу, но в тот момент у Джоша не было выбора. Как он думал.

И прошлой ночью — все чувства казались настоящими. Ведь не мог же Кир трепетать по желанию? Джош поднялся и прошёлся по комнате нетвёрдой походкой. Он попробовал дверь, но та всё ещё была заперта, так что он прислонился лбом к прохладной стене, пытаясь припомнить, когда Кир мог приказать ему заняться с ним сексом или любовью, или почувствовать, что его к нему тянет. Но Джош знал кукловодов достаточно хорошо и понимал, что он не обязан этого помнить. Они заставляли забыть, что был отдан приказ. Нет, Джош сам решил спасти Кира. Не так ли? Дверь открылась, и он развернулся встретить вошедшего, пытаясь скрыть, в каком раздрае находится. В дверях стояла женщина. Она никак не отреагировала на его выражение лица, просто пришпилила Джоша взглядом карих глаз.

— Джош Маккэй?

Он кивнул.

— Следуй за мной. Никаких вопросов. Ты не хочешь причинить мне вред.

— Хорошо, — ответил Джош. Он внутренне воспротивился приказу, отказываясь поверить, что ничего не получается, а потом в нём поселился страх. Но он пошёл за ней, как собачка на поводке.

Стояло раннее утро. Они вышли из полицейского участка окольным путём, встретив по пути лишь одного человека.

— Ты нас пропускаешь, — сказала она охраннику, и тот согласился. Вскоре они оказались снаружи, и Джош обнаружил, что никак не может сосредоточиться."

"— Садись в машину, — сказала женщина. — И потом не двигайся.

Подчиняться было легко.