Стоило альфе подойти, Мин сам к нему потянулся, сам потом зарывался лицом в его шею, сам обнимал, гладил его плечи и сильнее сжимал в объятиях. Не хотел, чтобы Намджун его отпускал. Даже в душ бы не пошел. Лишь бы еще немного побыть в его руках. «Это не нормально. Это на уровне инстинктов. Все нутро тянется к нему. Тупое, никчемное и не контролирующее себя сердце», — бесится Мин на себя.

***

— Слушаю, — говорит Намджун собеседнику на том конце трубки. Ким только садится в машину, как ему звонит Техен.

— Я выяснил, что это было за затишье перед бурей. Они договорились с наемниками, и те уже стягиваются.

Каким будет наш ответ? — говорит Техен другу. Намджун молчит. Думает.

— Значит господин президент все-таки сделал неправильный выбор, — после долгой паузы отвечает Намджун. — Собери наших, пусть будут готовы. Я скажу свое решение в ближайшие часы.

Ким отключает телефон, откидывается на спинку сиденья автомобиля и прикрывает глаза. Он видит Мин Юнги. Омегу, которого любит. Омегу, который скоро будет оплакивать своего отца, убитого Намджуном. От этих мыслей дурно. Альфа приоткрывает окно и впускает свежий ночной воздух.

***

Уже в машине, по дороге домой, Кайл рассказывает Мину, как пришел Чимин, и что он сказал Намджуну. Юнги злится. Впивается ногтями в свою же ладонь, до белых полос вжимает их в плоть и представляет, что это горло Джина. Омега решает, что сразу, как приедет, он сломает челюсть брату и заставит его проглотить свои же зубы. Но дома Джина не оказывается. Юнги проверяет его комнату: постель не разобрана. Мин отмахивается от вопросов проснувшегося Ши Хека и идет спать, решив, что слишком много чего он пережил за последние часы. Правда, заснуть не удается.

Омега ворочается по постели, скидывает подушки и даже считает овечек, но бесполезно. Хочется на ручки. Притом на определенные. Покрытые красивыми витиеватыми рисунками, такие сильные и крепко держащие. Словно никогда не отпустят. Но отпускают. Все равно раз за разом. Или отталкивают.

У Юнги мозг уже кипит от Намджуна. Он слезает с постели и выходит на балкон, покурить. «Заебало. Неужели я всю жизнь проведу, мечтая об этом уроде?» — Юнги вновь возвращается в комнату и валится на постель.

Омега засыпает только под утро, и стоит ему перейти в фазу крепкого сна, как его будят истошные крики папы снизу.

Мин срывается с постели, задевает бедром тумбочку и, хватаясь за раскалывающуюся от боли голову, спускается вниз."

"Омега застает странную картину в гостиной.

Джин сидит на полу в лохмотьях, которые когда-то были дизайнерскими шмотками. Лицо омеги изуродовано кровоподтеками и синяками. То тут, то там следы запекшийся крови. Пока Чжун вызывает скорую, а Ши Хека пытается успокоить проснувшаяся прислуга, Юнги подходит к брату вплотную и смотрит на него.