Альфа видел, как подрагивают плечи Юнги, видел, как дрожит превратившийся в комочек омега, но ближе подойти не посмел.

— Юнги, — тихо зовет Намджун. — Не бойся. Они тебя больше не тронут.

Мин громко всхлипывает, но все равно прячет голову в локоть. Кайл поднимает с пола камеру и, забрав ее с собой, выходит в коридор.

— Юнги, — еще мягче произносит альфа. — Какого черта ты перекрасился? — не скрывает улыбку Намджун.

Омега напуган, и вообще альфа не знает, как себя вести с тем, о ком думает без остановки сутками напролет. Не знает, что ему сказать, и как подойти, лишь бы не брыкался и не закрывался.

Он же дикий. Дикий котенок, и в руки не дастся. Надо лаской, только лаской. Жаль, что Намджун так поздно это понял. Но он продолжает отвлекать омегу и потихоньку подходить.

— Мне нравились твои черные волосы, — продолжает альфа и делает шаг вперед. — Но с белыми ты тоже красивый.

Мин хмыкает и поднимает полный боли взгляд на альфу. Лед тронулся.

— Потом я в зеленый перекрашу, — Юнги размазывает слезы и смотрит на альфу.

— Нет, пожалуйста, только не в зеленый. Я этого точно не вынесу, — улыбаясь, говорит альфа и уже стоит напротив забрызганного чужой и своей кровью омеги.

— Перейдем в другой номер и смоем с тебя кровь этих уродов, — уже почти шепотом говорит Ким.

Юнги только кивает и сам протягивает руки, когда Намджун, раскрыв объятия, берет его на руки и выходит из номера. Он несет омегу в соседний номер бережно, словно у него в руках самый ценный и, главное, уникальный экземпляр из сокровищницы мира. Кайл тем временем запускает в номер непонятно откуда взявшихся двух альф и оставляет им его на «зачистку». Сам Кайл спускается вниз за одеждой для омеги.

Намджун сидит на постели в номере и вертит в руках свой же пистолет. Юнги в душе. А Намджун его охраняет. Когда альфа вошел в тот номер, он думал, что сожжет к чертям весь отель, что будет сантиметр за сантиметром отрезать плоть у этих уродов и смотреть, как они истекают кровью. Потом найдет их семьи и бросит их своим собакам. Монстр внутри выл, рвался превратить номер в мясорубку, сжечь, порубить, развеять прах по ветру. Защитить свое. Отомстить. Намджун с трудом остановил свой секундный порыв. Нельзя. Не здесь, не рядом с омегой. Юнги и так напуган, спасибо этим тварям.

Нельзя пугать его больше. Поэтому он просто их застрелил. Но, Господи, они трогали его омегу.

Намджун вертит пушку в руке и не может подавить чувство неудовлетворенности внутри. Они напугали его омегу. Если бы Чимин не сказал… Намджуну страшно даже представить. Они неслись сюда со всей скоростью. Всю дорогу Намджун нервничал и переживал. Боялся не успеть. Боялся найти вместо Мина или труп, или сломанную куклу. Кажется, так страшно никогда не было. И именно сегодня вечером он все понял.