Мужики, к счастью для них, не спорят, отходят в сторону и, похватав одежду, прямо так валят на улицу. Девчонка смотрит на меня и молчит. Она, сука, просто молчит.

— Значит, потрахаться захотелось, да?

Ни слова в ответ — только смотрит своими глазищами огромными. Я же все жду, что это — подстава. Что она не знала про традицию этих идиотов договариваться с горничными. Некоторые были очень даже непротив вот так подзаработать и заодно получить здоровый секс. Но Алина…

Она, блядь, говорила, что не такая! Что не станет за деньги. И повелась?

Однако девчонка продолжает упрямо молчать. Будто не с ней говорю. Подхожу ближе — но она само спокойствие. А меня корежит изнутри. Я же ведь… Черт, да я ведь реально задумывался, как найти к ней подход, чтобы по-хорошему, чтобы она не восприняла это неправильно. А оказывается нужно было просто подождать, и эта девка сама бы попросила члена да покрупнее? Хотя о чем там! Она пришла к троим мужикам!

Бросаю взгляд на скамью, на которой и правда валяется всякая херь вроде смазки и еще какой-то ерунды типа вибраторов.

Охереть…

— Ты сама сюда пришла? Отвечай, мать твою! — рычу на ее, теряя берега. Меня так штормит, что кажется такое было только раз. Только единожды я испытывал нечто похожее, когда получил в спину нож.

Алина молчит. Смотрит спокойно, даже отстраненно. Будто плевать ей вообще, что я тут спрашиваю! Где же ее гребанная идеология? Где ее возмущение и вся остальная лабуда?

Где вся эта претензия на чистоту и нетронутость?

Эмоции шкалят так, что я сам уже плохо контролирую происходящее. Хочется выебать ее прямо здесь. Поставить раком и…

Но нет. К черту. Не стану мараться. Достаю мобильный и набираю Кириллу:

— Собери парней в ангаре. Что? Сейчас, блядь. И поживей. Всех, кто не на обходе. Быстро, я сказал.

Почти минуту смотрим друг на друга, пока у меня бурлят эмоции.

Черт, я ведь думал, что все уже, перегорел. Что кличка, которую мне дали, срослась со мной так, что я уже и сам заледелен достаточно, чтобы ничто не трогало.

Но эта бедовая заноза…

Прикрываю глаза, выдыхаю.

— На выход пошла, — приказываю.

Он не слушается, чем только сильнее дразит тьму во мне. Хватаю за руку и практически тащу за собой.

В ангаре уже почти все собрались. А главное даже Марк притащился. Когда успел только?

— Ну что, мужики, пляшите — цинично смеюсь, подталкивая Алину в спину. Она так и стоит, отстраненно глядя в сторону куда-то. — У вас сегодня праздник. Целку вам отдаю.

Ребята переглядываются, но молчат, не торопятся.

— Цветочек не тронутый. Не знал, что у нее вдруг так зачешется, но раз уже случилась такая оказия, устроим аукцион. Кто больше заплатит, то и выебет ее первым. А то парни сегодня чуть не подрались в бане из-за ее дырки.