Блондинка Марина Аркадьевна положила на стол для записок деньги и взяла свечи. Катя подождала — не появится ли кто в церкви, но никто не появился. Марина Аркадьевна подошла к иконе Жен-мироносиц. Она явно не торопилась. Задумчиво смотрела на огонек свечи. «Интересно, знает ли она, что настоятель этой церкви мера убит?» — подумала Катя.

Хлопнула дверь — сквозняк. Но Катя все же пошла взглянуть — сквозняк ли? На дороге, взвизгнув резиной, затормозил пыльный черный джип. Из него выскочил как ошпаренный солидный краснолицый мужчина. Озабоченно огляделся по сторонам, явно кого-то ища. Вид у него был растерянный, и эта растерянность, почти испуг, совсем не вязалась с его мощной фигурой и увесистыми кулаками. И тут появилась Марина Аркадьевна.

— Сколько можно ехать? — с ходу набросилась она на него. — Я уже хотела попутку ловить!

— Мариночка, милая, но в чем же я виноват? Меня рабочие задержали, и потом, ты сказала, что позвонишь, я и ждал, — нервно ответил незнакомец по имени Данька — это был явно он. — Ну все, все, садись, пожалуйста."

"Блондинка хлопнула дверью джипа с такой силой и злостью, словно хотела отомстить бедной иномарке и ее хозяину за что-то. Хотя было неясно за что. Данька, словно невольник, с убитым видом плюхнулся за руль. И они уехали.

Катя вновь осталась одна. Дом священника, церковь, вековые ели, дворняжка на цепи у будки…

Кто были все эти люди, только что появившиеся и исчезнувшие? Здешние, приезжие, местные, чужие? Пригодятся ли в будущем в деле об убийстве хотя бы их имена?

Не успела Катя это подумать, как появился еще один незнакомец. Старческой прихрамывающей походкой он почти бежал со стороны огорода — седенький, пожилой, похожий на гнома в кепке. Задохся, остановился, истово перекрестился на купола-луковки и точно в прорубь нырнул в дом. Катя обогнула церковь — нет ли кого-нибудь на заднем дворе? Нет. Сарай, запертый на замок, верстак, поленница дров, какие-то бочки. Она хотела вернуться снова в дом, переговорить с Колосовым, но он вместе со стариком вышел на улицу сам.

— Нет, ну что вы, помилуй бог, — донесся до Кати взволнованный голос старичка. — У отца Дмитрия здесь не было врагов! Более уважаемого человека трудно было найти во всей нашей округе.

— Вот, Екатерина Сергеевна, познакомьтесь. — Колосов чинно и официально представил Катю. — А это Захаров Алексей Тимофеевич, друг потерпевшего.

— С давних времен дружили. Сам-то я был директором школы в Воздвиженском — почти четверть века был, да… Сейчас на пенсии, школу закрыли. А отец Дмитрий все эти годы был нашим пастырем, кормчим в бурном море житейском. Совета, помощи, утешения многие у него искали. И находили, да… И вот такое горе, такая беда. — Захаров смахнул ладонью с глаз слезы.