— Простите, вы в Москву?

Сергей Николаевич пожал плечами и открыл дверцу: это было неожиданно — возле лечебницы все еще колготилась очередь, работы хоть отбавляй. Может, у нее смена закончилась? Может, у Наседкина таких подставных проходит десяток?..

Девушка опустилась на сиденье, облегченно вздохнула и сказала по-свойски, распираемая, как показалось, нарочитой радостью:

— Как здорово, правда! Три минуты — и никакой боли! Я свободна!

— А я что говорил? — поддержал Самохин. — Феноменально! Меня зовут Сергей, а тебя?

— Саша, — она на мгновение насторожилась, но тут же и засмеялась. — Даже ничего не почувствовала! Только камни горячие-горячие!

— Я видел, тебя слегка потряхивало…

— Знаешь, последние два месяца пролежала в клинике, — доверительно сообщила она. — Камень пытались растворить, потом дробили ультразвуком — не получилось. Уже готовили к операции! Еще бы несколько дней и… Но какое чудо!

— Да, здесь главное верить…"

"— Нет, вера здесь ни при чем, — счастливо засмеялась Саша. — Просто нам повезло, что есть на свете такой кудесник! Я столько мучилась, родители возили меня по всяким больницам, показывали знаменитым врачам!.. Если бы раньше знать, как все просто! Посмотри, такой камень никогда бы сам не вышел!

Привыкшие к своим болячкам, госпитальным койкам и откровенным разговорам об интимных недугах, давно страждущие больные обычно ничего уже не стеснялись, не комплексовали и быстро находили общий язык с незнакомыми людьми.

Саша достала из сумочки салфетку, развернула и показала х-образный, рогатый камешек.

— А он вышел! — заключила она торжественно. — Представляешь? За один сеанс!.. Кстати, как ты угадал, что мне сегодня повезет?

— Я провидец!

— Серьезно, что ли?

— Правда, я еще не волшебник и только учусь…

— Спасибо тебе, — она погладила его руку на руле, и движение это было искренним.

— Пока не за что!

Самохин понимал ее откровенность: теперь они были причастны к таинству, вместе испытав чудесное излечение от волшебных рук одного необычного и загадочного целителя. Это может связывать незнакомых, случайных людей, ибо совершилось приобщение к некой истине, которая делает обычные условности и предрассудки пустыми и никчемными.

— Неужели он в самом деле лечит метеоритами? — будто бы размышляя, спросил Самохин. — Как ты думаешь?

Она смутилась.

— Не знаю… Но разве это важно? Главное, есть результат!.. А тебе не помогло?

Представить ее в качестве подставной у целителя сейчас было невозможно. В ее синих глазах плескался безмятежный восторг, обладавший притягательной силой: хотелось смотреть на нее, любоваться, как она говорит, смеется или невинно шепчет о своих недавних страданиях.