Мы должны отыскать этих супчиков, покуда они того…

– От кофра не избавились или еще что, – закончил Бэнкс.

– Я бы все же посоветовал вам в первую очередь направиться в…"

"– Док! – перебил Бэнкс. – Чем хороши мертвецы? Они никогда не занимают первые места в очереди, если вы понимаете, к чему я клоню. Мертвецом мы всегда успеем заняться. А сейчас нам пора.

– Процедура есть процедура, – добавил напарник.

Хоппер вдруг пристально поглядел на вещи покойного, лежащие на соседнем столе. Отдельно отметил твидовый пиджак и, в частности, распоротую полу с торчащим наружу клоком подкладки…

– Пиджак порван, – сообщил констебль о своем наблюдении.

– Утром не был.

– Трудности доставки! – сказал доктор Горрин. – Так куда вы, говорите, первым делом направитесь? В Клуб охотников-путешественников, или займетесь поисками чернокожего человека?

– В Клуб, разумеется, – ответил Бэнкс и спрятал блокнот в карман мундира. – Чернокожего ведь еще поди разыщи.

– Да, у нас тут половина Гари чернокожие ходят из-за фабричного угля и копоти.

– А что вы будете делать с этим… гм… существом, которое убило господина ученого?

Бэнкс пожал плечами:

– Пока ничего.

Мы ведь не звероловы.

Хоппер усмехнулся:

– Да. Мы, скорее, людоловы.

– Но ведь это существо может напасть на кого-нибудь еще!

– Что ж, – равнодушно заметил констебль Бэнкс, – в таком случае кому-то очень не повезет. В то время как нам нужно искать того, кого можно предъявить господину комиссару и поставить перед господином судьей.

Доктор Горрин кивнул.

– Что ж, тогда не стану вас задерживать, – сказал он. – У меня тут очередь уже выстроилась – ждут осмотра доброго доктора.

И пусть, как вы выразились, покойники очередей не занимают, но кому-то все же нужно с кого-то начинать. Почему бы не начать с парочки выловленных в канале Брилли-Моу любителей попить промасленную воду? – Он указал на один из столов у стены. – Вон та мадам, к примеру, еще со вчерашнего утра пытается соблазнить меня своим чарующим ароматом разложения, но…

– Хорошего дня, док!

– Процедура не ждет!

Оба констебля приставили пальцы к шлемам, кивнули и гулко протопали к выходу из секционного зала. После чего скрылись за дверью.

Доктор Горрин не шевелился и со стороны могло показаться, будто он просто слушает музыку, звучащую из граммофона, но на деле он вслушивался в гулкий отдаляющийся топот полицейских башмаков.

– Они ушли, – сказал аутопсист наконец, и из-под секционного стола, откинув свисавшую пологом простынь, выбрался Джаспер Доу.

– Теперь вы мне верите, доктор Горрин? – спросил он. – Эти болваны даже не удосужились узнать у паровозников про багаж профессора! Зря вы им все так подробно рассказали.