А сэр Крамароу… что ж, вы с вашим обаянием, сэр, вашим природным даром убеждения, вашей слепой (казавшейся мне поначалу глупой) верой в свою мечту, так отличались от моих коллег, господ-в-футлярах с бесцветными глазами и скучными фамилиями, вроде Тоддс, Додсон, Томсон, Гиббс… Пиммз, что казались мне каким-то невероятным чужестранцем. Я стал искать любой повод, чтобы встретиться с вами, чтобы послушать ваши истории.

Но я был бы не я, если бы во время изучения дела сэра Крамароу, не продолжал выискивать способы, как обогатить моих хозяев, господ Ригсбергов.

А потом я решил, что Ригсберги и так богаче всех в городе и пора подумать о личном благосостоянии. Моя конторская меркантильная жилка… О, прошу вас, не нужно этих презрительных взглядов. Это Габен. Мой мотив – всего лишь главный мотив этого проклятого города каждое утро продирать глаза и запускать свое машинное сердце.

Уж не помню, когда именно, но во время своего ежедневного корпения над бумагами сэра Крамароу у меня родилась идея. Идея, как обогатиться. Сэр Крамароу рассказывал о Черном Мотыльке с такой горячностью, он был так убежден, что тот существует и все истории о нем правда, что я просто не мог не поверить.

Да, многие считали его фанатиком и безумцем, страдающим манией, но это не означало, что он был не прав. Сперва по своей недальновидности я расценивал Черного Мотылька просто в качестве уникального зверя, заработать на котором можно как раз таки благодаря его уникальности, но изучая его, слушая все больше историй о нем, я вычленил для себя самое важное… Я понял, что самое ценное – это его слезы. Слухи, передаваемые туземцами из джунглей лишь шепотом, могут показаться сказкой. Но если подойти к этому с более приземленной стороны… Я просто представил себе потенциал данной идеи: лекарство, излечивающее от всех болезней! Да даже за одну каплю такого лекарства сильные мира сего перегрызли бы друг другу глотки! Но я не мечтатель, нет. Я бюрократ, признаю́сь в этом без тени стыда. Я вижу мир в серо-желтых бумажных цветах, вижу людей и их чаяния лишь в виде колонок цифр. И я не стал вкладывать в это душу подобно сэру Крамароу, я ведь не фанатик – я служащий банка. А служащие банка не могут позволить себе мании, не могут позволить себе впадать в крайности. Я решил подойти ко всему этому предприятию основательно, все продумать и просчитать заранее.

Дело вставало только лишь за планом. Тут у вашего покорного слуги начались кое-какие затруднения, поскольку у меня не было особых связей, не было денег, чтобы вложиться в предприятие подобного масштаба, да и идей, с чего начать, особенно не было.