Это все очень смутило Джаспера: они никогда не пользовались подземным ходом днем – кто бы не удивился внезапно вылезающему из канализационного люка посреди улицы почтенному джентльмену? Дело, верно, было и впрямь невероятно срочным. Также Джаспера поразила дядюшкина суматошность – прежде тот на его памяти никуда так не спешил. Когда дядюшка вернулся домой – уже ближе к вечеру, – он выглядел угрюмым, задумчивым и подавленным. «Кажется, пациент не выжил»,- решил мальчик. Дядюшка все бормотал себе под нос, словно заучивал: «Я не успел… простите… я не успел… простите…».

После чего, вновь нацепив привычное хладнокровие, отправил кому-то послание по пневмопочте. Объяснять что-либо племяннику он отказался, а тот не стал допытываться…

Любой, кто плохо знал Натаниэля Френсиса Доу, мог бы подумать, что сейчас, в грязном душном тупике, он просто переживает за результат их рискованного предприятия, пытается удержать все в голове, опасается просчета, но Джаспер видел, что произошедшее сегодня его не отпускает.

Ко всему прочему, доктор Доу еще и боялся за племянника. Как бы дядюшка ни хотел, чтобы Джаспер остался дома, он понимал, что попытка удержать его подальше от охоты – это бессмысленная затея.

Взвесив все за и против, он решил, что лучше все время знать, где племянник находится, и сразу ограничить его строгими правилами, чем постоянно ожидать, что мальчишка возьмет и заявится в самый неподходящий момент.

Джасперу было велено, чтобы, как только все сядут в засаду, он спрятался в некотором отдалении от непосредственного места проведения ловли. И самое главное: Джасперу строго-настрого было запрещено приближаться, пока Черный Мотылек не окажется в кофре.

Дядюшка, к слову, лично несколько раз проверил крепость и надежность замков, чтобы не случилось так, что мотылек смог вырваться на свободу при падении кофра на землю. Дядюшка вообще подошел к охоте с маниакальными тщанием и педантичностью. Он даже надел один из своих старых костюмов – по мнению племянника, «старый» костюм ничем не отличался от того, который был на нем до того, но доктору Доу было виднее…

Дядюшка будто в сачок поймал мысль Джаспера о себе, повернул голову и коротко кивнул – все было готово. Они с мистером Келпи погасили свои фонари, и мальчик сделал то же самое.

Переулок погрузился во тьму.

Мистер Блохх глядел на происходящее в подзорную трубу. Он видел двух мужчин в тупиковом переулке, суетящихся возле чернеющей конструкции, которая походила на уродливое железно-стеклянное дерево. Видел мальчишку, спрятавшегося примерно в полусотне шагов от них.

Отведя на мгновение глаз от окуляра, он задрал рукав пальто, под которым оказалась широкая кожаная манжета с жужжащими и негромко шипящими погодными датчиками.