Сам вызову!

Рывком подхватываюсь из кресла, резкими движениями смахивая кучу бумаг со стола, почти не обращая внимания на них. Все потом. Набираю службу спасения. Номер как родной. Много лет сам служил, и меня вызывали по этому номеру.

- Девушка, нужны врачи… ребенку пять лет, высокая температура…

Скороговоркой выдаю свой адрес, и тороплюсь к лестнице, ждать лифт терпения нет. Дорога до дома кажется длиннее, пробки сводят с ума, а машина «скорой помощи» у ворот дома заставляет мысленно орать от отчаяния. У меня паника. Понимаю, что накручиваю себя, дети часто болеют, но ничего не могу с собой поделать.

Влетаю в дом, на второй этаж, толкаю дверь в детскую, боясь увидеть бездыханное тельце своей малышки. Но она лежит в кроватке и улыбается женщине в голубой униформе. От облегчения меня прошибает пот, ноги трясутся, облокачиваюсь на косяк. Жива!

- Ну вот, детка, температурка снижается, укольчик помог. А теперь нужно будет поспать, - слышу до боли знакомый голос и застываю столбом.

- И мне совсем не было больно, тетя, - хвастается Дарьяша, прижимая к груди любимую игрушку, лопоухого зайца розового цвета.

- Да, ты храбрая девочка, умничка! – хвалит ее доктор.

Я поворачиваюсь, пытаясь выйти из комнаты незаметно. Не надо, чтобы женщина в униформе увидела меня. Но меня замечает дочь, и громко вскрикивает.

- Папа!

Доктор поворачивается в мою сторону, ее яркие бирюзовые глаза увеличиваются от удивления.

- Максим?!

В тот момент я понял, что у меня реальные проблемы. Передо мной стоит бывшая жена и у нее в глазах целый букет вопросов. Хоть бы она не догадалась о моей тайне.

- Привет Дарья, - сухо киваю, - выйдем?

- Да. Малышке стало легче, она сейчас заснет. Она… твоя дочь?

- Да. Моя дочь. Что с ней? – мы спускаемся по лестнице, Даша чуть впереди.

- Обычная простуда. Не страшно, я оставлю рецепт и назначения, через недельку все пройдет. Но нужно будет сводить девочку к врачу в поликлинику, чтобы потом выдали справку. Не переживай, Дарьяне ничего не угрожает.

- Нам не нужно в поликлинику, у дочери есть свой врач, он все сделает, просто в отъезде сейчас.

- Ну-да, - женщина оглядывает обстановку гостиной, будто оценивает. – Судя по всему, иначе и быть не может. В доме еще женщина больная есть? Девушка сказала.

- Да нет, вроде все здоровы, - говорю, оглядываясь, понимая, что не вижу нашей няни.

- Нине Андреевне плохо стало, я ее в комнату отвела, - торопится доложить моя домработница, и Даша сразу принимает серьезный вид.

- Показывайте, - командует она, исчезая в коридоре первого этажа.

Я облегченно вздыхаю, падая на диван, ворошу волосы. Вроде Даша не догадалась, кого недавно лечила. Сейчас уедет и я буду жить как прежде. В любви и согласии с моей дочкой. Хорошо, что ничего плохого не произошло.