Это правда, я никогда не был верным — и у меня никогда не был чувств к моей жене. Когда мы поженились два года назад, я был уверен, что она беременна — и хоть у меня не было к ней абсолютно никакой любви, мне нужен был этот ребёнок, моя кровь. Её отец обрадовался, наверное, больше меня, потому что он только начинал строить свой бизнес и со своей стороны, по-семейному, я оказал ему поддержку.

— Но неужели ради какой-то интрижки ты собираешься пожертвовать своим браком?

Если бы я объяснялся перед каждым человеком, то не сделал бы и трети того, что у меня сейчас есть.

— Я хочу сказать, что готова закрыть глаза на это.

Не стоит рушить брак из-за минутной слабости, — продолжила она, положив ладонь мне на грудь. Мне надоел этот цирк, я не собирался бросать её на произвол судьбы, но и продолжать терпеть этот брак, когда в моей жизни появилась такое сокровище, тоже не собирался.

— Мне нужен развод.

— Я не дам, — её зрачки расширились. Она сказала это, даже не обдумав, а на автомате. И было дико смешно слышать, ведь с моими связями мне принесут свидетельство о разводе лично домой, в зубах и пританцовывая.

— Скорее всего, ты что-то не поняла.

Я не спрашиваю твоего мнения. Мне не нужно твоё присутствие, разрешение или согласие.

Сказав это, я пошёл к выходу, потому что не был в настроении даже находиться с ней в одном доме сегодня.

***

Все последующие дни я работал, как проклятый. Мне придётся уехать в другой город, в один из своих филиалов чуть раньше, чем планировал. Там начинается ряд масштабных работ, в виде строительства самого крупного торгово-развлекательного центра в городе, жилого комплекса и некоторых мелких проектов. И несмотря на то, что все документы я просматриваю в электронном виде, сейчас там необходимо моё присутствие и полный контроль

Перед своим отъездом я несколько раз ездил к Полине, отвозил её в школу и возил обедать в ресторан.

Я не мог насмотреться на её немного смущающуюся улыбку, когда она мимолётом смотрела на меня во время приёма пищи.

— Стас, я бы хотела в будущем… — она немного замялась, опустив глаза вниз. Дотронувшись до её руки, я пытаюсь показать ей, что она может продолжить говорить. — Хочу познакомить тебя с папой."

"Я уже понял и смирился с тем, что она была папиной дочкой и очень сильно его любила.

Хоть мне и не хотелось этого признавать, но я был рад, что в её семье есть хоть что-то, что делает её счастливой. Несмотря на мою личную неприязнь к этому человеку, его бесхребетность и слабость. Я ненавидел слабых людей, потому что они ничего из себя не представляли. Полина была исключением, моим личным, о ней хотелось заботиться сутки напролёт.

— Ты уверена?

Для неё это, должно быть, большой шаг, поэтому волна удовольствия захлестнула меня.

— Да, я уверена, что ты ему понравишься.