Значит, щенок ее еще и обманул.

— Его долг в три раза больше названной вами суммы.

— Не может быть! — Голос ее дрогнул.

— Он должен мне тридцать тысяч фунтов.

Кровь отхлынула от ее лица. Она смертельно побледнела и прошептала:

— Боже милостивый…

— Может быть, теперь вы не откажетесь от хереса? Джулианна ничего не ответила. Он поднялся, отошел ивскоре вернулся с небольшим бокалом, наполненным прозрачной жидкостью янтарного цвета.

— Прошу, — предложил Пендрагон, протягивая ей напиток. — Советую сделать глоток-другой.

Но она даже не шевельнулась. Джулианна подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

— Вы знаете, что Гарри потеряет имение, если не выполнит своих обязательств? Что у него не будет другого пути, кроме как продать дом, служивший нашей семье домашний очагом более ста пятидесяти лет?

Рейф подавил всплеск сострадания. В своей профессии он давно научился обходиться без лишних эмоций.

— Да, мне известно состояние его дел. Аллертон предложил свою собственность как гарантию, когда брал ссуду. Честно говоря, ваши предки поступили весьма халатно, не включив имение в майоратное наследование. Учитывая это, я удивлен, что его не продали много лет назад.

Она явно пыталась взять себя в руки — быстро, прерывисто дышала, и ее пышная грудь, обтянутая шелковым лифом и прикрытая сверху изящной кружевной косынкой, поднималась и опускалась.

Пендрагон не мог отвести от нее глаз.

«Какой великолепный экземпляр женственности!» — думал он. Словно специально создана для того, чтобы мужчине захотелось посадить ее к себе на колени и начать любовные игры. Она не была хорошенькой в общепринятом смысле слова — слишком смуглая для традиционной английской красавицы, — но все равно невыразимо хороша. Темные волосы глянцевито блестели. Глаза были необычного кофейного цвета с крохотными пятнышками, сверкавшими, как золотая пыльца. А кожа гладкая и просвечивающая, как летний персик, и наверняка такая же ароматная. Возможно, в ее жилах течет французская кровь или итальянская, выглядит она экзотично и… опьяняюще.

С ее губ сорвался тяжелый вздох, вырвав Пендрагона из чувственных размышлений.

— Как вам ни трудно с этим смириться, но финансовое соглашение между мной и лордом Аллертоном подписано и останется неизменным. А теперь, миледи, думаю, вам следует уйти. Я сам вас провожу до дверей, поскольку Ганнибал наверняка занят чем-то внизу.

Взяв со стола небольшой черный бархатный мешочек, он начал складывать в него драгоценности, давая понять, что визит окончен.

— Погодите! — воскликнула Джулианна. Он остановился:

— Да?

— Я не могу все так оставить, — сказала она в явной панике. — Я пришла, чтобы помочь брату и спасти семью.