Он мне сначала заплатил, чтоб я последил за леди, а потом велел два дня подержать письмо и принести его вам.

Итан вскочил на ноги. Ганнибал громко выругался. Бренди прожигало желудок Рейфа насквозь.

— Что за леди?

— Не знаю я. Красивая, но вроде как беременная. Почти такая же толстая, как моя мамаша, когда рожала братца.

В комнате повисла оглушительная тишина.

— Он ведь не врал, нет? — спросил паренек, встревоженно глядя на всех по очереди. — Ну, про деньги?

Стараясь, чтобы пальцы не дрожали, Рейф вытащил из сюртука бумажник и достал монету.

— Нет, не врал. Давай сюда письмо.

Мальчик протянул ему послание и быстро схватил монету. Надкусив ее, чтобы убедиться, что она не фальшивая, он засунул ее поглубже в карман и, прежде чем кто-либо успел сказать хоть слово, помчался прочь. Ганнибал побежал за ним.

— Пусть уходит, — приказал Рейф.

— Но, Дракон, он наверняка знает еще что-нибудь.

— Боюсь, что вся необходимая нам информация содержится в этом письме.

Рейф подошел к столу, взял серебряный ножик для бумаг и сломал восковую печать. Читая письмо, он не произносил ни слова.

— Ну? — не выдержал Итан. — Что там?

К горлу Рейфа подступала черная дурнота. Все его страхи обернулись реальностью.

— Она у Сент-Джорджа. Он требует дневники и деньги в обмен на ее жизнь и жизнь ребенка. Здесь все инструкции. Мы отправляемся в путь сразу же, как только будут готовы лошади. Нельзя терять ни минуты.

Джулианна поерзала на жестком стуле с бамбуковой спинкой, пытаясь найти более удобное положение. Поплотнее закутавшись в шерстяную накидку в этом маленьком двухкомнатном коттедже было сыро и холодно, она следила взглядом за лордом Мидлтоном. Тот подходил к окну, выглядывал из него и возвращался обратно.

— Я замерзла. Наверное, вам следует принести еще дров, — сказала Джулианна.

Пламя в единственном камине едва тлело, почти не давая тепла, а на улице стояла ранняя весна.

Мидлтон повернулся к ней с презрительной усмешкой на лице:

— Наверное, вам нужно просто заткнуться."

"Он снова подошел к окну — эта раздражающая привычка появилась у него в последние два дня. Но Джулианна старалась держаться невозмутимо. Она знала, что Рейф за ней приедет, пусть даже только потому, что никогда не допустит, чтобы их ребенку причинили вред. И ей тоже, призналась себе она, несмотря на неудавшийся брак.

Однако пока он не появился, нужно оставаться сильной — ради себя и ради малыша. Несмотря на страх, постоянно снедавший ее с тех пор, как начался этот кошмар, Джулианна делала все, чтобы не поддаваться ему. И еще поклялась себе, что угрозы Мидлтона, как скрытые, так и явные, на нее не подействуют.

Время от времени на виконта нападала разговорчивость.