Мрак! Вроде беременная, а не больная, а склероз растет и ширится — даже обидно! Ну ничего… потерла поясницу. Скоро маленькие — а во мне, кажется, целый выводок Вайре сидит — паршивцы появятся на свет — и Мая снова вернет себе разум.

Села в удобное кресло, поглаживая живот и чувствуя, как от моей ладони идет волна тепла. И… не может быть… Я тихо вскрикнула, не обращая внимания на встревоженно вскочившего Роана.

Подняла на него совершенно ошалевшие глаза.

— Трое, — шепот вышел благоговейным, срывающимся, — их трое, Роан! Два мальчика и девочка!

Я почувствовала. Первый раз почувствовала — мелкие вреднюки перестали скрываться!

— Звоню аро Вайре! — Мгновенно отреагировал оборотень, мотая головой. — Все, нечего вам тут делать, госпожа! Мне же хвост оторвут!

— Ладно уж, звони, — откликаюсь весело.

Кто-то у нас очень нервный будущий папа.

Все равно успею закончить реакцию. А в ближайший месяц мне и правда делать пока здесь нечего.

Пока ждем Эрена со взводом охраны — ей-ей, я не шучу — мысли снова перетекают на подругу."

"Малинка и Тай. Тай и Малинка. И император. Забавная фигура. Мое зелье, которое может помочь в критическом состоянии, обращая человека в нечто совершенно иное, практически готово — но об этом я никому не говорю. Не время пока, не время. Тай за ней то хвостом, то прочь куда подальше. Сам не знает, чего хочется. И Иррган Шаэрти. Который, кажется, однозначно положил на неё глаз. Тут такая история разворачивается, что не грех сериал снимать и по галанету крутить. Не знаю, чем это закончится — я не лезу в их запутанные отношения. Но, как бы там ни было, кого бы она ни выбрала — или не выбирала вовсе — я буду рада, если дорогой мне человек будет счастлив.

Жмурясь от удовольствия, завершила работу и отключила установку.

В этот момент дверь беззвучно распахнулась — и ворвался Эрен. Глаза лихорадочно сверкают, волосы растрепаны, плащ криво застегнут.

Ринулся ко мне, упал на колени, прижимаясь щекой к моему огромному животу. Ноздри тонкого носа чуть подрагивали, втягивая знакомый запах, потихоньку мой волкокот успокаивался, продолжая, впрочем, довольно жмуриться.

А, когда поднял глаза — а потом подхватил и меня, словно ничего не вешу, на руки — невероятно бережно и осторожно — я снова задохнулась от той любви, что горела и горит теперь ещё сильнее во взгляде моего жреца.

— Мои любимые. Мои сокровища, — меня поцеловали в макушку, занося в роскошный представительский флайт.

— Для тебя, Эрен, — откликаюсь, уютно устраивая голову на его груди и вслушиваясь в мерный ритм любимого сердца, — все для тебя.

Разве можно быть ещё более счастливой? Может быть. Все может быть. А рецепт прост! Где есть неприятность — там появится и твоя удача! Мохнатая, вредная — и самая любимая на свете.