— Мой одинокий номер…

Несмотря на прекрасный вид из окна и богатый интерьер (Катерина не экономила на подругах), номер и правда казался довольно одиноким. Наверное, из-за пустой кровати, которая выглядела так, будто ее ни разу не расправляли. Вторая же кровать со смятой чьей-то попкой накидкой смотрелась весьма обжито. Дотопав до нее, красотка сразу же сменила плоскость с вертикальной на горизонтальную, что больше подходило ее состоянию. Я набросил на нее сверху одеяло, прикинув, что сама с этим она навряд ли справится. Благо, у меня имелся опыт укладывания пьяных девушек спать.

— Спокойной ночи, — сказал я, разворачиваясь, чтобы уйти.

— Не уходи! — девичья ладошка мгновенно схватила меня за руку. — Тут так страшно и одиноко. И никто, — нос снова шмыгнул, — никто меня не любит… Мама не любит, Катерина не любит…

Да блин — ты что по второму кругу? И все это опять под пьяные несчастные всхлипывания.

— Да все тебя любят, — возразил я, со вздохом присаживаясь рядом.

— Не любит, — еще громче шмыгнула Амина, — обращается со мной как с прислугой какой-то. А я ведь, в отличие от девочек, не против была, чтобы он приехал, а теперь и я не хочу, чтобы приехал! Так ей и надо, пусть одна будет… Еще и Марианка! Рядом с ней вообще невозможно быть красивой… Поэтому меня никто не любит, что я некрасивая…

Я уже порядком офигевал от того, как это поплывшее сознание скакало с темы на тему.

— Ты красивая, — заверил я.

— Правда? — мутные глаза уставились на меня.

— Правда, — я подоткнул одеяло. — Спокойной ночи.

Но только собрался уходить, как она опять вцепилась в мою руку — причем еще крепче, чем до этого.

— Пожалуйста, не уходи! Тут так одиноко… никому не нужна… — и пьяно разрыдалась, размазывая слезы и тушь по подушке.

Да уж, укладывать бухую Арину было намного проще. Вздохнув, я пристроился рядом — только скинув обувь, но не раздеваясь — прямо поверх ее одеяла.

— И некрасивая еще… — чуть тише всхлипнула Амина, укладываясь на мою руку, как на подушку, и поворачиваясь на бочок, так что попка уютно ткнулась мне в бедро.

— Красивая, очень красивая, — уже в который раз повторил я и мягко погладил ее по волосам.

Только успокойся уже.

— Правда? — пробормотала она, явно забыв, что только что задавала этот же вопрос.

— Правда."

"После чего попка, не нашедшая сегодня приключений, сладко потерлась о мое бедро — видимо, думая отдельно от своей хозяйки, чьи мозги, судя по всему, уже отъехали окончательно. Хотя, надо признать, попку она реально накачала отменную. Упругая, сочная, тесно прижавшаяся ко мне, эта задница словно сама просилась найти ей применение. Но не буду же я трахать пьяную девчонку. Ладно, сейчас она уснет, и я уйду. А завтра с утра проснется, и ей самой будет стыдно.