— Новый год вообще время чудес. Надейся, — и подмигнула мне.

— Не поняла, — пробурчала рядом Инна, — ты что, реально вернулась вот для этого, что ли?

Разговаривая и неторопливо спускаясь, мы даже не заметили, в какой момент капитанша перестала следовать за Катериной и подкатила к нам.

— Не понимаю, о чем ты, — невинно протянула Марианка.

— Не понимает она… Придумала свою выходку, да?

О, похоже, Инна не захотела возвращаться к точке сохранения.

— И что, если он приедет ждать проблем?

— Не слышу тебя! — ее белокурая подружка оттолкнулась и, стремительно разгоняясь, поехала вниз.

— Слышь, мы не договорили! — возмутилась моя спортсменка.

— Не слышу! — вновь донеслось в ответ. — Догони, если хочешь продолжить…

— Вот сучка! — чертыхнулась капитанша и, сжав палки покрепче, погнала за ней.

И к красоте горных пейзажей добавились две упругие задницы. Но не успел я толком насладиться видом, как рядом с придыханием выдали:

— Будет буря…

Сзади ко мне подъехала Лизавета, и я аж вздрогнул от неожиданности.

— Будет буря, — повторила она, глядя в голубые небеса с белоснежными облаками.

— Да вроде нет. Погода хорошая.

— Она только кажется хорошей. Как и они. Смотри, какими хорошими кажутся, — моя внезапная собеседница показала на съезжающих по склону девчонок. — Но стоит только появиться облачку, как будет буря… Я уже чувствую, какие молнии тут будут летать, — она еще пристальнее всмотрелась в чистое-чистое небо.

— Ты вообще о чем? — спросил я, в свою очередь чувствуя, что начинаю терять терпение.

— Одинокое сердце, может, и не знает любви, — куда-то в небеса бросила эта пророчица, — но все равно за ней примчится. И тогда всех разметает так, что мало не покажется. И этот прекрасный солнечный день закончится жуткой грозой, — добавила она со странным злорадством.

Вот именно поэтому Императрица и называла свою кузину юродивой. Я молча перевел глаза на Марианку, которая ловко скользила по снегу, и Инну, которая отчаянно пыталась ее догнать — так что разговор у них, похоже, еще не закончился. А впереди всех далекой, но все же различимой точкой мелькала Катерина, которая спускалась быстрее всех, словно наперегонки с ветром. Эх, все-таки хороший день. Казалось, ничего не может его испортить.

Влада: «Надо поговорить. Последний этаж, номер 711. Это срочно!»

Написав мне с утра «хватит пялиться», Влада словно открыла для себя радость сообщений, которые можно писать мне — и теперь транслировала в каждом, чтобы я ни в коем случае о ней даже не думал. За день таких посланий набежало несколько десятков — целая лавина слов, сошедшая с горы реально хорошего секса. И ладно бы благодарила, но нет.

Влада: «У нас ничего не было!»

Влада: «все забудь!»

Поначалу я даже отвечал.

Я: «Да уже забыл.