Я там с тобой минут двадцать просидела, у меня зубы так клацали от холода! А ты лишь слегка остыла, – взволнованно говорила Катрин, расхаживая по комнате и размаивая руками. Так она делала всегда, когда была на эмоциях. Видно я действительно очень её напугала. Но как же приятно! Я, конечно, не хотела вызывать жалость к себе, но её забота трогала до глубины души. Теперь стало понятно, почему я тонула во сне и горела.

– Она ревнует тебя ко мне, – прозвучал тихий насмешливый голос Мартина над ушком. Что? Почему? Удивленно взглянула на него, а он подмигнул и качнул головой в сторону сестры, которая продолжала ходить по комнате и что-то рассказывать.

Так, пора это прекращать. Я стала чувствовать приближение боли. Она уже появилась и начинала усиливаться."

"– Катрина, хорошая моя, спасибо. Я так рада, что ты рядом. Прости меня, за слова, что я сказала тогда на прогулке. Я, конечно, обижена на то, что ты не сказала, что его сестра, но я не злюсь, – последние слова я говорила уже тихо, так как первая волна боли обрушилась на меня. Стараясь не застонать, я стиснула зубы и схватилась за простыню.

– Дыши глубже! Катрин быстрей, – резкий голос над головой, и все пришло в движение.

Меня резко укладывают ниже и стараются перевернуть на спину, фиксируют одну руку. Легкая боль и мне становится лучше. Это был укол или мне показалось?

– Родная, взгляни на меня, – испуганный голос моего мужчины возвращает меня. С трудом открываю глаза и смотрю в такое родное лицо. Нет, я была не права. Я влюбилась сразу, ещё будучи ребенком. Именно к нему я обратилась и просила помощи, а ведь там было несколько мужчин, но меня тянуло только к нему. Так же я не могла оторвать взгляда и в лифте.

Он уже тогда притягивал к себе.

– Умница, а теперь дыши глубоко, боль скоро уйдет. Прости, но её придется потерпеть ещё день. Обещаю, потом будет всё хорошо, – успокаивающе говорил он, прижимая меня к себе и поглаживая по голове. Как ни странно, это помогало.

– Да сколько можно! Надеюсь боль скоро утихнет.

– Иди сестренка, дальше я сам, – серьезно сказал он, продолжая обнимать меня.

– Но я хотела… – начала подруга, только ей не дали договорить.

– Иди, мне надо многое объяснить.

Взглянула на Мартина. Он сверлил подругу глазами.

Мне кажется, они умеют говорить одними взглядами, как ещё объяснить двухминутное молчание.

– Ладно, но я зайду вечером. И ты нам дашь пообщаться наедине. Могут же быть у нас чисто женские разговоры, без посторонних ушей, – спокойно сказала она. Уже направляясь к двери.

– Обязательно, – снисходительно сказал волк, провожая её взглядом. – У вас будет целых пять минут на общение, – усмехаясь, сказал он, когда она уже взялась за ручку двери и немного её приоткрыла.

– Нет, так не пойдет.