‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍За первой последовали и остальные соискательницы.

Бородач, проследив за их бегством, повернулся ко мне и невозмутимо подытожил:

— Вы наняты, госпожа…

— Дион, — машинально подсказала я и едва не прикусила язык.

Он же министр высших чар, а я служу под его началом… Но очень низко «под», может, господин чаровник не вспомнит фамилию одной из множества служащих? В крайнем случае можно сказать, что мы тёзки.

Мужчина кивнул и, повернувшись, спокойно обошёл скачущую тварь по стеночке, прижимаясь как можно сильнее. Оказавшись у лестницы, он оправил сюртук и произнёс:

— Можете выбрать любое помещение, госпожа Дион. Увидимся утром. Спокойной ночи.

И, бегом взобравшись по ступенькам, исчез в темноте второго этажа.

— Храбрый представитель прямоходящих, — подытожил Бальтазар. Енот высунулся из-под моей юбки и подёргал блестящим носом. — Точно наш!

— А то я не поняла, — хмыкнула я и, рассматривая тварь, уселась на пол там. На диван, такой привлекательный с виду, даже не взглянула. — Значит, вот кто здесь устроил живописный хаос…

— Чем-то похоже на твой рабочий стол, — хитро вставил Бальтазар и потёр лапками нос. — Скоро эта дрянь испарится? Жутко хочется чихнуть.

— Да уже. — Я кивнула на распадающийся диван и оплывающие стены. — Хорошо, что министр решил предаться сну…"

"— Под кроватью, — захихикал енот. — Скажем ему, что это иллюзия и можно не прятаться на ночь в шкафу?

— Не будем беспокоить занятого человека, — вспомнив, как переживала Ройл, мстительно возразила я. — Пусть отдохнёт и наберётся сил для завтрашнего дня.

— И то верно, — потирая лапки, согласился Бальтазар.

Глава 3

Разумеется, я отправилась обследовать помещение. Ещё бы! Здесь явно неслабо порезвилась одна из тварей Броди. Причём, судя по виду, не заметить её передвижение по городу было чуть проще, чем проворонить бодро вышагивающего по улицам дракона. Разве что он не будет поплёвывать пламенем…

— Интересно, кем оно было до того, как Броди поработал над животинкой? — заглядывая в очередную разгромленную комнату, сочувственно протянула я. — Медведем или вепрем? Теперь и не понять…

— Думаю, — юркнув мимо меня, енот замер над почти целой кроватью, — он всё же был обезьяной. Возможно, гориллой. Но скажу тебе, Валентайн весьма вырос в своём мастерстве избавления от повышенной шерстистости. Или же частично побрил бедолагу. Может, всё-таки это была макака?

Я нахмурилась и вошла в комнату.

— Ты о чём вообще? Я говорю о видении, которое нам продемонстрировал рефент.

— А я о том, что демонстрирует нам этот экземпляр.