Вы же знаете, что на этой должности ни один чаровник не продержался больше года?

— Ходят слухи о якобы проклятии, — пожала я плечами. — Но я дипломированная чаровница и в проклятия не верю.

— Как и господин Ридан. Потому он сделал всё возможное и невозможное, чтобы занять должность министра.

— О, как он шёл по головам, я знаю, — рассмеялась я. — Говорите, что новый министр добрался до власти только для того, чтобы стать для убийцы новой целью? — С сомнением покачала головой: — Как благородно. Но не убедительно. Во-первых, будь преступление на самом деле, об этом стало бы известно. Одно убийство ещё можно замять, но вы говорите как минимум о двух. Во-вторых… Даже если это так, то не лучше ли предоставить дело ведомству по расследованию преступлений?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Его возглавляет госпожа Венди, — «объяснил» Нейт.

— Ах да, — фыркнула я, вспомнив, как Циара называла министра шовинистом. — У господина Ридана есть некая улика, указывающая на то, что преступница — женщина.

— Неопровержимое доказательство! — поднял мужчина указательный палец.

Я посмотрела на потолок, но улик там не заметила. Да и рассказ показался мне неправдоподобным. Особенно та его часть, что касалась непосредственно меня.

— И вы решили нанять экономку?

— Так я сказал господину, — хитро прищурился Нейт.

— Так они не были экономками? — догадалась я.

— Одна из них была профессиональным телохранителем, — признался он и виновато пожал плечами: — Я же поклялся отцу Сета беречь его сына. И должен был сделать хоть что-нибудь. Но тут появились вы и…

— И вы решили не затягивать процесс освобождения места министра высших чар, — ехидно закончила я.

Вздохнув, потёрла лоб. Значит, та, третья, что молчала во время «собеседования», должна была занять это место, а остальные (в том числе и я) вызывались для того, чтобы пустить пыль в глаза Ридану. Но я продемонстрировала силу своих чар, и «конкурентка» признала себя проигравшей. Или решила воспользоваться случаем и не лезть в это дело.

Я бы тоже не полезла по собственной воле.

— Так вы приняли меня за авантюристку?

— За вольную чародейку, — вежливо поправил он и белозубо улыбнулся: — Я посчитал это знаком удачи и решил вас удержать. Простите за зелье. Но потом вы сказали, что при исполнении, и я понял, что ошибся.

— Покажите договор, — смиренно вздохнула я. — Не волнуйтесь, я не уволюсь прямо сейчас. Даже если там нет моей подписи, сначала нужно…

— Но она есть.

А вот это плохо. Очень плохо! А вот кому, узнаю, когда прочту свои обязанности.