Ну, что сказать? Фронт работы предстоял аховский!

Холл порадовал только крепкой плиткой и вроде бы как целым потолком, на котором лепнина лишь посерела, но нигде не откололась. В остальном — всё на вынос. Вазоны с высохшей до камня землёй, немного жутковатые статуи, окутанные лохмотьями паутины… бррр! Перила парадной лестницы тоже вызывали опасение. Казалось, только тронь их, как гипсовая опора рассыплется в труху, а нам этого не надо! Второй раз ломать этому телу шею — я категорически против!

Мы походили по гостевым комнатам первого этажа, их было две, заглянули в трапезную и на кухню… и всё в напряжённой тишине.

Когда вернулись в холл, Кевин глубоко вздохнул, останавливая мою попытку встать на первую ступень скрипучей лестницы:

— Подожди… Это никуда не годится, Эмма. Здесь нельзя жить. Здание не пригодно для этого. Давай поступим так: сейчас мы отправим твои вещи в мой особняк, и мы сами тоже…

— Нет, Кевин. Это мой дом, и я буду приводить его в порядок. Утро только наступило, поэтому мы с Наярой легко сможем прибраться на кухне и в комнате, которую я выберу для себя. Ты… если хочешь помочь, то я с удовольствием приму твою помощь.

Нам, например, вёдер бы и тряпок… да физическую силу. Магия магией, конечно, но ручками тоже придётся поработать. Я не настолько подкована в бытовых заклинаниях. Всё-таки из страха разоблачения я делала опору на боевые водные заклинания.

Кевин был ошарашен моим решениям, но к его чести, довольно быстро взял свои эмоции под контроль, задумчиво склонив голову набок.

— Что ж, — кивнул дракон, к моему искреннему удивлению закатывая рукава дорогой белоснежной рубашки, — раз так, то идём выбирать тебе комнату.

Намёк на призыв лакеев и слуг из его городского дома, Кевин либо пропустил мимо ушей, либо не понял, что совершенно одинаково по итогу. Однако я решила не заострять на этом внимание. Хочет помогать сам — пожалуйста. Это даже будет забавно, учитывая, что ничем подобным один из элитной Четвёрки Дарийской империи точно не занимался.

Так я думала, пока Кевин не начал магичить в огромной комнате, которую я определила под «хозяйские покои».

Хильсадар собирал с помощью левитирующих заклятий всю трухлявую мебель, признанную негодной, и прессовал её в достаточно большой куб.

Процесс выглядел эпично, особенно, когда кровать с рухнувшим пологом сложилась пополам, а потом вчетверо. Но ещё эпичнее был момент, когда Кей, мокрый от пота из-за магических усилий, решил снять рубашку, пояснив, что она сшита из слишком дорогого шёлка, чтобы её марать. Выносить же спрессованную мебель надо руками, чтобы она не рассыпалась обратно на части!

В общем, я смахивала паутину с высоких потолков с алыми от смущения щеками.