"

"Захожу в кабинет Никиты без стука, и застаю друга за разговором по телефону, он дает знак подождать пока закончит разговор, и я молча сажусь напротив него. На душе не спокойно, тревога помимо волнения не дает мне покоя, и не могу понять почему?

Угрозы больше нет, значит, и переживать не о чем, но все — таки что-то меня гложет. На всякий случай, пишу Петру, чтобы следили за больницей в оба глаза, пусть мои сотрудники считают меня параноиком, но так мне будет спокойнее.

— Извини, по работе. Я так понимаю, ты хочешь поговорить с Ликой? — Спрашивает Никита, закончив телефонный разговор.

— Да, хочу все выяснить.

— Хорошо, я не против. Тем более, что она нам ничего говорить не хочет. Пойдем, но брат, пообещай мне, что не будешь делать никаких глупостей! Что бы она тебе не сказала!

— Обещаю! И я не идиот, чтобы вредить человеку в полицейском участке! Да, и вообще это не мои методы, ты ведь знаешь!

— Ну, я решил тебя предупредить. Мало ли, что эта стерва скажет, ты у нас парень вспыльчивый.  — Никита останавливается возле закрытой двери, и поворачивается ко мне лицом. — Вот еще что, я хочу вернуть Гелю! И прошу тебя не лезть в наши отношения, чтобы она тебе не говорила. В свою очередь я обещаю тебе, что не причиню ей боль. Просто буду действовать жестко и бескомпромиссно, иначе это затянется еще лет на десять, а я больше так не могу!

— Давно пора! И дураку понятно, что вы друг друга любите. Да, и до сих пор не понимаю, что случилось тогда? Вы были идеальной парой!

— Я накосячил, а она в отместку сделала больно мне. Но, это все в прошлом. — Никита резко открывает комнату, к слову ту, в которой я общался в прошлый раз с Давидом, только теперь на его месте сидит злая Лика. — Прошу! Я буду в кабинете, но парни останутся.

Указывает Никита на охрану у двери. Я прохожу в комнату и смотрю на Лику. Не понимая, что же я мог ей сделать, чтобы она так меня ненавидела. У нее взгляд сумасшедшей, волосы взлохмачены, лицо бледное, а глаза красные, но не от слез, а скорее всего от недосыпа. На мгновение мне даже стало, ее жаль, но только на мгновение.

— Поговорим? Думаю, тебе есть, что мне сказать! — Произношу, присаживаясь напротив Лики.

— Есть! Давно хочу высказать все. Чтоб ты сдох! Урод! Из — за тебя умер Саша. Ты во всем виноват!

— Какой Саша? О ком ты? — Не понимаю я.

— Ты даже его не помнишь! Ну да, зачем тебе знать простого водителя.

— Я знаю всех своих сотрудников в лицо и поименно, и водителя Саши у меня никогда не было. Ты что— то путаешь!

— Я ничего не путаю. Саша был водителем твоего отца.

И тогда я вспомнил, молодой парнишка несколько лет был личным водителем  моего отца, которого отец очень ценил.

— Тот парень, который погиб при покушении. Единственный погибший.