А он оказывается совсем и не плохой, не такой заносчивый мажор, каким его считала.

Помог…Неожиданно, если честно. И друзья у него что надо.

Когда Самсонов вёз меня в поместье, я успела проститься с жизнью. Знала, что второго шанса сбежать он мне не даст. А наказание будет публичным и болезненным. Собственно, так и вышло.

Избивали меня трое, благо смена была Алёшеньки и его приспешников. Он всегда питал ко мне «теплые» чувства, как он выразился…

«Хочу тебя трахать единолично».

Избиение было в полсилы, иначе бы спасать просто некого было.

Отворяю створки. Второй этаж и общий балкон с решётками. В конце балкона пожарная лестница, к ней и топаю, предварительно прихватив вилку со стола. Ногу тянет, а адская боль пронизывает каждую клетку. Сцепляю зубы посильнее и присаживаюсь на корточки.

Я могу открыть любую дверь с замком. Годы практики позволяют без труда и эту открыть. Делаю первый шаг по лестнице вниз и чуть ли не падаю в обморок от боли.

Перевожу дыхание и поворачиваюсь спиной, в такой странной позе спускаюсь вниз.

— Ну, жить ты определённо будешь, Ненормальная, — слышу разочарованный знакомый голос, едва моя нога касается асфальта.

Медленно поворачиваюсь и напарываюсь на острый темный взгляд. Буравит, будто дыру жаждет проделать.

— Ты вообще с головой не дружишь? — прищуривается и делает шаг ко мне. — Ты хоть понимаешь…

Замолкает. Переводит дыхание, а я опасливо осматриваюсь по сторонам. Долго на открытой местности находится нельзя.

— Отпусти, — шепчу жалобно. Мне действительно неприятно поступать с ним так по-скотски, но ещё больше подставлять его, я не могу. — Отпусти, пожалуйста.

— И куда ты пойдёшь? — вздергивает бровь. — У тебя ни денег, ни паспорта, ваще нихрена нет!

— Не кричи, Женя, — сипло выдыхаю. Пугливо озираюсь и втягиваю голову, как улитка, в шею, когда замечаю пару прогуливающуюся неподалёку.

— Я спрячусь, а потом что-нибудь придумаю. А если останусь с тобой… — слова и так даются не легко, горло саднит и холодный воздух усиливает эффект, так ещё и его такой странный взгляд меня пугает. — Он найдет тебя и тоже сделает больно. Зачем тебе проблемы из-за меня? Ты уже и так…

— Давай, я как-то свои проблемы буду решать сам, м? — подходит совсем близко и заглядывает в лицо.

Меня трясёт от его близости и это далеко не возбуждение или радость, это страх перед мужской аурой и я не в силах её побороть. На данный момент.

— Ада? — поднимаю голову. — Я тебя сейчас возьму за руку, хорошо?

Он спрашивает? Реально спрашивает. А потом протягивает раскрытую ладонь.

Правая кисть дергается сильнее.

Решайся, Ада. Либо ты ему доверяешь настолько, что даёшь прикоснуться, либо беги.

Беги — круто сказано, но думаю если взбрыкну, он отпустит меня. Не такой Евгений человек, чтобы держать силой.