только нервы треплет.

Зря затеял извиняться.

Ничего путного не выйдет.

И вообще, у меня отпуск, а не турне мазохиста по извращенному изнасилованию собственного терпения и проверки границ терпимости по отношению к женщинам.

Рыжая — существо забавное, конечно, и даже приятной была. Когда трахаешь.

В остальном, бесполезная. Бесячая. Капризная. Непредсказуемая.

***

— Приехали. Пошли.

Белка оглядывается и, заметив вывеску отеля, хмурится.

— Зачем мы приехали сюда? Если ты хотел снять номер, чтобы потрахаться, то я не давала согласие.

— Забудь. Номер сниму для тебя одной.

Через пару часов привезу весь твой шмот, деньги и к вечеру твоя тачка будет на стоянке.

Моника замирает, хлопает ресницами, переводит взгляд со здания отеля на меня и обратно.

— Что все это значит?

— Это значит, что я решил не быть гостеприимным хозяином и выставил мошенницу, возместив весь причиненный ей ущерб, — выбираюсь из машины.

Жду, что ответит. Может быть, возразит?

Но Моника — та еще дура упрямая! Вылетает, покрасневшая, и выпаливает с обидой.

— Давно пора! Но кое-что не восстановить. Ты мою девственность украл.

— Даже в этом захолустном городке есть клиника, где дырки зашивают.

Оставлю тебе денег, зашьешься. Делов-то.

— Вот и зашьюсь! Зашьюсь! — сердито топает рядом.

— Зашивайся. Сходи на курс глубокого гипноза, чтобы блокировать нежелательные воспоминания. Они имеют свойство подстерегать и набрасываться.

— Вот еще. Никому в своей голове копаться не дам. И ты… не такой уж незабываемый… парень.

Парень?!

Охренела, малявка. Соска… Молоко на губах не обсохло!

Мы с Музом, честно, пытались мирно все, но... Наши темпераментные не умеют:) Пристегиваемся... Ниже коллаж со спойлером)

Глава 28

Глава 28

Ника

Мне до последней минуты не верится, что будет именно так.

Но Дан снимает номер для одного и кивком приглашает пройти за ним следом. Ступаю уверенно, но колени дрожат. Спина становится излишне прямой, словно деревянной, руки-ноги мешаются. Не знаю, куда себя деть.

Тону в случайных взглядах. В каждом из них мне чудится неодобрение, подозрение. Я не чувствую себя здесь в безопасности, начинаю нервничать. Слишком привыкла жить одна. Плюс слова Дана, что одну девушку проще заметить, чем когда она в компании с кем-то.

Натянула парик на голову, а под ним жарко, голова чешется. Но не делаю ничего, чтобы не выдать это.

— Твой номер.

Дан придерживает меня рукой, входит первым, оглядывается, приглашает кивком.

— Сносно.

— Неплохо. Думаю, даже отлично, — вынуждаю себя сказать.

— Нравится?

— Очень.

— Тогда держи.

Дан протягивает ключи, я хватаю их и желаю ему мысленно свалить как можно быстрее. Пусть не смотрит на меня и оставит в покое как можно скорее. Грубиян! Бездушный…

Под ложечкой сосет: Дан испортил мои документы.