Моя специальность медицинские артефакты, но и с остальными я справлюсь, — кивнул я, и народ заголосил и захлопал в ладоши. Поселок был, насколько я понял, не из самых бедных — большинство домов в нем было двухэтажными, улицы вымощенными вполне приличным булыжником, а яблони в садах клонились к земле под грузом плодов, но я понимал: когда задуют ледяные ветры, это место сделается совсем другим. Нас подвели к одному из домов: по сравнению с тем, в котором я жил в Холинбурге, это, конечно, была развалина — но все равно намного лучше того, на что я рассчитывал. Двухэтажный, деревянный, с чисто вымытыми окнами и скамейкой у ворот, он понравился мне какой-то приземистой основательностью.

— У вас будут медицинские артефакты на все случаи, даже неотложные, — пообещал я. Мой неожиданный успех надо было закреплять. — Еще я повешу ангаварские шары на каждый дом, они избавят от сквозняков и утеплят комнаты. Шелехшерская мука отгонит мышей от запасов. Но мне нужно золото. Хорошие артефакты создаются только на нем.

Когда мы остановились на одной из бесчисленных станций, то один из сопровождающих что-то внес в вагон — это оказался набор артефакторских инструментов и основных смесей.

На бумаге, в которую он был упакован, были гордо отпечатаны эльфийские летучие руны — посылку передала моя семья, так что теперь у меня было все необходимое для работы. Народ умолк. Енко нахмурился, что-то прикидывая, а потом твердо заявил:

— Обеспечим. Будет вам и золото, и серебро, и все, что потребуется.

Глава 11

Хельга

Встретили нас, конечно, как королей.

Снятые с ветвей яблоки стояли в корзинах у крыльца. Дом был чисто вымыт и полностью обставлен — заезжай да живи.

Мебель, конечно, была с бору по сосенке: диван в гостиной, например, оказался новым, а шкафы, крепкие и темные, пришли из прошлого века, но гномы никогда не перебирают ни харчами, ни обстановкой. Морозильный ларь был забит мясом, рыбой и птицей, в шкафах на кухне нашлась и мука, и сахар, и кофе. Домовой помел хвостом по лестнице, которая вела на второй этаж, к хозяйским комнатам, не нашел ни единой пылинки и одобрил:

— Вот молодцы какие! Прибрано да солидно!

— Заживем, — согласилась я, раскладывая припасы и вещи, которые передали в дорогу мои родители.

Анарен занялся обустройством лаборатории в гостевой комнате — туда перетащили большой стол из гостиной, которая одновременно служила и столовой. Помогал паренек по имени Исмо, то ли племянник, то ли еще какой родственник поселкового старосты — его отрядили в слуги и ассистенты Анарену, но я решила, что он заодно будет присматривать за нами. Судя по тому, каким взглядом Анарен обменялся со мной, он пришел к такому же заключению.

Без этого никуда. Уважение уважением, а мы здесь все-таки под надзором.