– Полина бросает взгляд на люльку и понижает голос. – Как ты мог, Загорский? – Её губы трясутся. – Как же ты мог? Ты говорил, что он тебе как брат. Ты убил его. Ради чего? Ради денег?

Я пытаюсь приподняться, но она взмахивает ножом, и мне приходится лечь обратно.

- О чём ты? – Выдыхаю я, глядя на неё во все глаза. – Я миллион раз виноват перед Виком. Виноват, что встал между вами, что не успел спасти его. Но…

- Заткнись! – Истошно кричит она и бьёт меня левой рукой по щеке. Её лицо искажается от боли. – Не забывай, что я была там. И я слышала твои угрозы! Я видела, как твои люди расстреляли нас! Я сама получила две пули! Ты! Это ты забрал моего ребёнка, а потом столкнул машину в обрыв!

Я моргаю, не зная, что сказать.

Она не верит мне. Она думает, что это я убил Вика? Это же… бред…

- Послушай. – Шепчу я. Мне на лицо падает её слеза. – Поль, послушай. – Смотрю в её ослеплённое болью лицо. – Я сказал это тогда в сердцах. Неужели, ты думаешь, что я действительно мог бы сотворить такое с вами?

Она тяжело дышит, а я мысленно переношусь в тот день."

"- Мне очень жаль, - говорю я в трубку, - я приношу извинения за то, что мой партнёр был резок с вашими людьми. Он иногда бывает вспыльчивым.

- Скажи мне, деньги будут или нет? – Спрашивает металлический голос с акцентом.

- Вик не соглашается, я уже говорил вам. А без его согласия я не могу ничего сделать.

- Тебе мешает только твой соучредитель? Так эта проблема решаема. Я послал своих людей, они уже на пути к его дому.

- Что? О чём ты?!

- Такими деньгами не шутят, Марк. Нельзя дать слово, а потом вернуть его обратно. Сделка состоится.

В трубке становится тихо, и я судорожно набираю номер. Вик не берёт. За окном гремит гром, скоро начнётся ливень.

- Где Вик?! – Ору я.

- Едет домой из аэропорта. – Отзывается один из моих людей.

- Быстро машину! – Я хватаю пиджак. – И возьми всех, срочно едем к нему! Испанцы послали к нему своих киллеров. – Быстрым шагом покидаю офис. – И позвони Фёдорычу, пусть едет, вдруг успеет быстрее!

- Я не убивал Вика. – Говорю я, глядя, как лезвие ножа пляшет возле моего лица. – В тот день представители испанцев поставили мне ультиматум. Они не хотели срыва сделки, а единственной помехой для них был Вик. Я виноват только в том, что не успел вас спасти.

- Тебе меня не обмануть. – Всхлипывает она.

Лезвие ножа дрожит сильнее.

- Поверь мне, Полина. – Произношу я, переплетая с каждым звуком её имени глубину своих к ней чувств.

- Ты убил! Уби-и-ил! – Стонет она, качая головой. – Убил, чтобы всё прибрать к рукам!

- Что всё? – Моя ладонь ложится на её руку, но Полина тут же отшвыривает её обратно. Я замираю. – Здесь всё принадлежит нашему сыну. Вся компания принадлежит нашему сыну, всё имущество.

- Это не твой сын! – Злится она.

- Это мой сын. – Тихо отвечаю я. – Я знаю, что он мой, Полина.