Распахиваю дверцу, заглядываю внутрь и вижу её окровавленное лицо. Вижу безжизненный взгляд, вижу красную кляксу на груди. Я зову её, но она похожа на куклу – не реагирует на мой голос.

Машина покачивается, и я слышу всхлип. Это ребёнок. Он жив! Я протягиваю руки, беру его, и малыш начинает плакать. Я выбираюсь, кричу своим людям, чтобы помогли мне, чтобы подержали ребёнка, чтобы достали её. Крики, шум - всё это смешивается в гул, когда машина, жалобно скрипнув, вдруг проваливается вниз.

Я слышу грохот – с таким звуком сминают алюминиевую банку от газировки. Но это удары машины, в которой уходит от меня моя единственная в жизни любовь.

Я ступаю на край обрыва, и темноту разрывает взрыв. Пламя рождается откуда-то из салона и в одно мгновение вырывается наружу и пожирает весь кузов. Бах!

Я зажмуриваюсь и не могу разомкнуть веки. И только крик ребёнка в окровавленном одеяльце возвращает меня к жизни.

- Я ведь всё видел. – Бормочу я. Мои ладони так и не решаются коснуться её спины. – Машина сорвалась в обрыв, потом хлопок, взрыв… Там так ужасно пахло гарью, было столько дыма, а я всё метался, кричал, чтобы помогли потушить, чтобы достали тебя, хотя видел те ужасные раны на твоем лице… - Мои пальцы мелко дрожат. – Тебя ведь не должно было быть в той машине. Я был в шоке, когда увидел тебя. Как? Как ты выжила? Тебя ведь даже похоронить нельзя было нормально, мне не показывали останки… Почему ты не пришла ко мне? Как ты спаслась? Я же видел…

- Нужно всегда доводить дело до конца. – Хрипло говорит она.

- Что? – не понимаю я.

- Если убиваешь кого-то, - её голос срывается, - нужно убедиться, что он мёртв!

Моя рука падаёт вдоль тела. Кровь стучит в ушах. О чём она?

Но спросить я не успеваю.

Полина поворачивается и бросается на меня. Я вижу в её руке нож и едва успеваю перехватить руку, занесённую над моей грудью, когда вдруг теряю равновесие и падаю на диван. Она выворачивается и выдёргивает запястье из моего захвата. Я мучительно пытаюсь сфокусироваться, но тут же замираю, потому что лезвие ножа замирает прямо перед моим лицом.

- Полина…

- Молчи! – Со стоном просит она.

Я полулежу на диване, Полина сверху сидит на мне. Она дрожит, тяжело дышит и в любую секунду готова вонзить в меня нож.

- Я ненавижу! Ненавижу тебя, слышишь?! – Плачет она, впиваясь пальцами свободной руки мне в горло. – Ненавижу за то, что ты отнял у меня всё, что забрал моего сына! Ненавижу за то, что убил нас! Ты убил Вика!

- Полина, - хриплю я.

Одно небольшое усилие, и у меня получилось бы скинуть её с себя, но я этого не делаю. Я пытаюсь понять, о чём она говорит.

- Не называй это имя! Полины больше нет, она умерла! Это ты её убил!

- Подожди… - Выдавливаю я.

Она ослабляет хватку.

- Я не буду больше ждать. Довольно! Я ждала целых полгода, чтобы отомстить тебе.