Мисс Рози, я очень надеюсь, что вы запомните этого мальчика, как в своё время запомнили меня. Поверьте, я очень не хочу, чтобы у него возникли те или иные проблемы в этом квартале.

— Ты получишь всё, что пожелаешь. Но ты найдёшь и накажешь убийц.

— Нет.

— Мальчик мой?

Клянусь, я впервые слышал, чтобы хоть кто-то смел обращаться к моему учителю столь фамильярным образом.

— Мисс Рози, я готов дать вам слово, что найду мерзавцев, но не готов сказать, что буду их наказывать. Я могу сдать их полиции или вам.

— Лучше мне.

— Это как получится, — твёрдо обозначил свою позицию мой учитель. — И, насколько я знаю ваши возможности, вы сумеете дотянуться до них даже за решёткой! Я не говорю ни «да», ни «нет». Мне почему-то кажется, что вам будет достаточно указания имени…

— Замазано?

— Всклень!

После этих странных вопросов-ответов я догадался, что обе стороны пришли к какому-то компромиссному решению. Месье Ренар церемонно поцеловал лапку старой кошки, а она перекрестила его, благословляя на задание. Лис уточнил место, время, положение и все сопутствующие моменты. Уж какие ответы он получил, я не знал, кошка шептала ему их на ухо.

Считается, что в нашем просвещённом девятнадцатом веке любой преступник просто обречён на опознание и справедливый суд присяжных Британской империи. И пусть лично я теперь, благодаря своему обширному опыту, понимаю, что не всё так просто, но специалистов в Скотленд-Ярде хватало, и эти люди знали свою работу. Но ни один из них сейчас не на нашей стороне.

Выйдя из отеля с нечитаемым названием, мой наставник признался — всё как всегда, улик немного, фактически вообще никаких, все косвенные и по факту мало что решающие. Зато нам даже не пришлось спрашивать, где именно произошло ужасное убийство.

О нём судачили все на улице: прохожие, продавцы, матросы, разносчики газет, уличные девицы, завсегдатаи пивных пабов, сумрачные полисмены, по двое патрулирующие неспокойный район порта. Люди перешёптывались, ругались, подозрительно косились друг на друга, а шустрые еноты уже сопровождали любопытствующих гуляк на место преступления. За монетку, конечно.

Так что мы просто пошли туда, куда двигался основной людской поток. Через два квартала на север мы упёрлись в довольно большую толпу зевак, сдерживаемую полицейским кордоном из шести молчаливых бобби. К моему немалому удивлению, Лис предпочёл ввинтиться с краю, а не пошёл к полисменам. Его бы пропустили, он же консультант Скотленд-Ярда.

— Вот именно поэтому, — тихо произнёс мой учитель. — Зачем привлекать к себе праздное внимание. В целом мне и отсюда всё отлично видно. Тем более что сержант умеет собирать улики, в этом ему не откажешь.

— А что же мы тогда пришли сюда смотреть?

— А мы пришли слушать.