Папа нервно провел пятерней по волосам. Он всегда так делает, когда переживает. Перестал орать и сел на ручку дивана. Какое-то время смотрел на меня, потом ответил.

— Ты думаешь, я не знаю, что означает победа в соревнованиях? И зачем ты так туда рвешься?

Он спросил это без какого-либо нажима, но руки мои похолодели. Он догадался о моих намерениях… Впрочем, этого рано или поздно должно было случиться.

— Зачем? — спросила я, затаив дыхание.

— Победа в соревнованиях такого уровня — билет в карьеру профессионального спорта. Ты зря думаешь, что я дурачок и старпер, который забыл молодость и совсем ничего кругом не замечает. Ты хочешь бросить институт, если победишь?

Я опустила голову и молчала. Что тут скажешь? Да, хотела бросить…Папа посчитает теперь меня неблагодарной предательницей?

— Иди сюда, — позвал он вдруг меня и похлопал по дивану.

Не стала спорить и прошла к дивану. Села рядом и взглянула в ожидании снова на него.

— Что так смотришь? — спросил он. — Я не хочу быть врагом.

В ответ молчала. Не знаю, какие слова подобрать, и что он вообще сейчас от меня хочет и ждет.

— Не хочу быть врагом, — продолжил он. — Но я не готов позволить тебе просто сломать свое будущее. Это слишком важно для меня.

Я понимаю, о чем он говорит. Понимаю, но не принимаю.

— А что важно для меня, папа? Об этом ты хоть раз думал? — спросила я.

— А разве получить образование — это неважно? — удивился искренне он. — Иметь серьёзную и хорошо оплачиваему професссию — это неважно? Ты забыла, что у меня есть бизнес, который я передам тебе и Мирославу? Ты обязана разбираться в этом. Для кого я все это столько лет строил?

— Важно, — кивнула я. — Но кроме диплома и карьеры в твоей фирме в жизни есть кое-что ещё.

— Что?

— Мечта, пап.

Отец вдруг осунулся как-то и замолк. Кажется, я случайно угодила в больное место? Сдаётся мне, не все я знаю об истории родителей… Папа тоже мечтал, и ради мечты слишком многим пожертвовал. Его реакция красноречиво говорила сама за себя.

Мама молча наблюдала за наши разговором, не влезая и не привлекая к себе внимания. Но даже отсюда было слышно, как слишком тихо она шуршит на кухне, создавая видимость занятости. Знаю, чего она боится — столкновения наших с папой характеров лбами. Пусть мы оказались не родными по крови, но отец заложил в мой нрав гораздо больше себя, чем мог бы представить.

— Мечта не всегда приносить удовлетворение, — произнес он с тихой грустью. — Я бы не хотел, чтобы ты поняла это на своём опыте. Пойми, мы с мамой хотим, чтобы ты не проходила всё сама. Учись на чужих ошибках, Соня. Мы просто хотим, чтобы ты была счастлива, куколка моя.

Куколка… Как давно я не слышала от него этой фразы. В детстве папа часто нежил меня, проводил время и называл меня Малышкой и Куколкой.