Его Светлость настаивал на том, чтобы вас предупредить, но тогда все могло бы сорваться. Взамен, я обещаю, что никаких обвинений вам не будет предъявлено. Вы полностью свободны.

– Еще бы, – кидает на него злой взгляд Арон.

– Надеюсь, вы не держите на меня зла, – добавляет командор.

Не знаю, злится ли Арон, но я очень счастлива, что все, наконец-то, наладилось. А все ли?

– Пойдем скорее домой, – говорит Арон, но у меня есть еще один вопрос.

– Совет знает обо мне? – тихонько спрашиваю я, помня, как они уже разок намеревались сплавить меня в монастырь. Что если сейчас потребуют расторжения брака?

– Это оставь мне. Ты и так через многое прошла, – заверяет Арон, крепко обнимая меня.

Управление до самого холла на первом этаже приходится пройти пешком, так как внутри запрет на перемещения. Зато все это время, что мы идем за руку, я ловлю на нас любопытные взгляды.

Это Томаль?

Щурюсь, пытаясь разглядеть зареванную драконшу, ожидающую допроса в коридоре под присмотром жандармов. Представляю, как сейчас перевернется ее жизнь. Еще недавно она поливала грязью Айлу, отец которой разорился, а теперь сама окажется в низах. Ведь ее дядя больше не член совета, а преступник, который будет осужден.

– Арон! – кидается она в слезах к дракону, но замирает при виде меня.

Смотрит во все глаза. Узнала или нет?

– Мы с Эллой спешим, Томаль, – только и отвечает ей Арон, и Томаль таращится на меня с еще большим удивлением. Ага, приятно познакомится. Хотя нет. Неприятно.

Мы делаем еще несколько шагов, а затем Арон нежно обнимает меня.

– Пойдем домой, – шепчет он, и мы перемещаемся в родные стены.

– Сегодня отдохни, – просит он. – Остальное сделаем завтра.

– Ты куда-то уходишь? – пугаюсь я.

– Думаешь, я оставлю тебя после того, как ты два часа провела в этом жутком месте?

– Не такое уж оно было и жуткое. А вот от мысли, что мой муж мне не поверил, было, действительно, больно, – сообщаю я Арону, и он тут же касается моих пальцев поцелуем. Внутри все вспыхивает.

– Однажды я сказал тебе, что отныне буду верить каждому твоему слову. А если ты будешь молчать, я буду верить в тебя. Я никогда тебя не оставлю. Чтобы не удумал совет, ты останешься моей женой. Ты не Элла Блейк, не Ассель Рапир. Ты – Элла Эшер, моя жена, моя истинная, за счастье которой я голову положу, – говорит он, и все внутри замирает.

Он касается моих губ поцелуем, и все тревоги отступают назад. Нежные объятия становятся жаркими, и я осознаю, как неистово истосковалась по нему за это время.

Я снова таю, ловя каждое его прикосновение. Вскрикиваю, когда он подхватывает меня на руки и кружит, а затем с ветерком пробегает со мной вверх по ступеням.

Спиной отворяет дверь и заносит меня в спальню.

– Этот дом – твоя крепость.