В какой-то момент губы девчонки оказались так близко, что я едва не поддался соблазну проверить, какие они на вкус.

Вот именно, Шархат, девчонки! Так что даже не думай. Чтобы она не говорила, пусть даже и не боится, но… нет.

Очнулся я лишь тогда, когда она застонала от боли. И как не додумался, что могла быть ранена! Я успел осмотреть ее, прежде чем пришел откат. Сопротивляться тому, что она забралась ко мне на колени, уже не мог.

Вскоре девчонка заснула, а я все сидел и пытался справиться с тем холодом, что обжигал легкие. Время от времени с пальцев все еще слетали искры, но тут же гасли. Лихорадки в этот раз не было. Я обнял девчонку, потянулся к ее теплу. Дышал ей какое-то время.

Нет. Так нельзя. Но пальцы сами погладили ее волосы, и на губы полезла улыбка. Вспомнилось, что недавно я смеялся, когда уже давно забыл, что способен на подобное.

Убрал руку и вдруг почувствовал, как пальцы пылают не жаром, а теплом. Сосредоточился, позволил энергии потечь по руке и… на ладони вспыхнул шарик света.

Я даже зажмурился, потому что не верил в случившееся. Но когда открыл глаза, свет все еще оплетал мои пальцы.

Я просидел почти час, смотря на него и прижимая к себе девчонку.

Если не отпущу, то сломаю ей жизнь. Кто она и кто я? В ладонях вспыхнуло пламя. Монстр. Как есть монстр. Огненный шар с шипением врезался в стену, а я бережно подхватил девчонку и поднялся.

Она устала настолько, что не проснулась даже тогда, когда я принес ее в целительский отсек.

Дежуривший энитеец молча пропустил меня к лечебной капсуле, куда я осторожно положил девчонку.

Повернулся к нему.

– Это сделал не я.

Тот посмотрел на незнакомку, не увидел на ней следов от ожогов, кивнул.

Я вышел из целительского отсека и, глубоко вдохнув, направился к начальнице приемника – Анритаре Дан.

Несмотря на ранее утро, она не спала, когда я, дождавшись разрешения, вошел внутрь ее кабинета.

Энитейка, одетая в темно-синюю форму, с собранными в узел светло-русыми волосами, сверкнула ярко-зелеными глазами и уставилась на меня.

– Гиашты напали на новенькую, – сказал я, старательно сохраняя спокойствие. – Я нашел ее и отнес в целительский отсек.

Анритара недоверчиво посмотрела на меня, тут же щелкнула по лиару – тонкому серебряному браслету, усыпанному десятком разноцветных камней, выполняющих самые разные функции, и связалась с целителем.

Я никогда и никому не лгал, но понимал, что в первую очередь подозрения падут на меня. Ждал. Терпеливо. И сдерживал огонь. Он просыпался внутри, отзываясь на мои малейшие эмоции.

Во время короткого разговора, который я не слышал, была у лиара и такая функция, целитель, похоже, подтвердил мои слова, и начальница приемника успокоилась.