Я дам в суде показания против Коли, а мой адвокат уже собирает документы с доказательствами для передачи их в прокуратуру. Поэтому никакими угрозами и мольбами вам не удастся меня переубедить.

Я говорила спокойно, у меня уже не было сил спорить и что-то доказывать. Эта женщина словно уже одним своим присутствием вытягивала из меня энергию. Да и есть уже изрядно хотелось. Но видимо медсестра тоже боялась зайти в палату пока Колина мама не ушла.

Пока я плавала в этих мыслях женщина преобразилась. На её лице не осталось и грамма раскаяния, передо мной снова была та же дама, что вошла в палату с надменным и злобным лицом. Её глаза буквально излучали ненависть.

— Ты у меня ещё помучаешься, дрянь! Пожалеешь, что сейчас не послушалась! Произошедшее тебе детской шалостью покажется! Ответишь за испорченную жизнь моего сына! — Женщина нависла надо мной, заставив вжаться в подушку. Мне показалось, что она готова вцепиться мне в горло.

— Что здесь происходит!? — Голос громом разнесся по палате.

Марк с устрашающе холодным лицом приблизился к женщине и оттолкнул её от меня за плечо.

— Что вы тут делаете и кто вас сюда впустил? — Этот тон мог заморозить даже Сахару, но Лилия Семеновна явно где-то храброй воды выпила.

— А вот и хахаль пожаловал. Пришел свою подстилку защищать? И не мерзко после всего случившегося к ней прикасаться? — Женщина мерзко ухмыльнулась.

Видимо это стало последней каплей для босса.

— Либо вы сейчас сами выходите и никогда больше не возвращаетесь, либо присоединитесь к своему сыночку в кутузке. Выбор за вами. — Марк говорил спокойно, но от этого стало еще страшнее, даже я непроизвольно сжалась, что уж говорить о матери Коли, которая наконец-то прониклась и уже пятилась к двери.

Когда женщина скрылась и виду, аккуратно прикрыв за собой дверь, Марк всё еще стоял ко мне спиной.

— Марк, — неуверенно позвала я, но мужчина даже не шелохнулся.

Он только сжимал кулаки до побеления костяшек. Поэтому собравшись немного я неуверенно коснулась его напряженной руки, заставив мужчину вздрогнуть.

— Сейчас вернусь, потороплю медсестру с ужином. — И быстрым шагом покинул палату.

Когда Марк вернулся я уже доедала ужин. Был он абсолютно спокоен и улыбнулся мне. Оставшийся вечер мы провели вместе. Естественно, я пересказала любимому весь разговор с несостоявшейся свекровью. После его выслушала поток удивительных красочных нецензурных оборотов от босса. Таким его мне видеть еще не приходилось. Марк пообещал, что эта семейка меня больше не побеспокоит, но на слушанье мне прийти придется, а всеми остальными делами будет заниматься мой адвокат- Георгий Семенович.

После этого время в больнице потекло скучно и однообразно: осмотры, процедуры.