Как же всё-таки тяжело без телефона, даже время не посмотреть. Внезапно в палату заглянула медсестра:

— О вы не спите! Не хотите поужинать? — Девушка вошла в палату и помогла мне сесть, уперевшись спиной на подушку.

— Да, было бы неплохо. — не знаю сколько прошло времени, но судя по ощущениям ела я достаточно давно.

— И к вам тут гость пришел. — Лицо девушки на секунду странно исказилось. — Говорит, что ваша родственница. Пропустить?"

"Какая родственница? У меня же только мама, которая даже не знает, что я в больнице. И это точно не Саша или Яна, они только сегодня были. Может не пускать? Но так интересно кто там и что этой «родственнице» от меня надо.

— Пропустите. — В конце концов, что может случиться.

Спустя пару мину после ухода медсестры в палату величественно зашла та, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть. Водрузив своё тело на стул, женщина осмотрела меня.

— Добрый вечер, Валерия. Выглядишь ты лучше, чем я ожидала. — Как всегда высокомерно произнесла Лилия Семеновна.

Мама Коли была одета в шубу, поверх которой был накинут халат для посетителей. Могу догадаться, что именно из-за этого халата у медсестры так исказилось лицо. Лилия Семеновна не могла обойтись без концерта даже в больнице.

— Пришли посмотреть на дело рук и ног вашего сынка? — На вежливое общение с этой дамой у меня не было совершенно никаких сил и, если честно, желания тоже.

— Нет, конечно. — Ни один мускул не дрогнул на её надменном лице. Словно она не видела ничего ужасного в произошедшем. — Я пришла поговорить с тобой.

— Нам не о чем разговаривать.

— Вот тут ты, дорогуша, ошибаешься. Ты должна прийти на слушанье Коли и сказать, что не имеешь к нему никаких претензий.

От такой наглости я даже дар речи потеряла. Я просто сидела в кровати и как рыба открывала рот, не зная, что ответить на подобное заявление.

— Ну чего ты так на меня уставилась? Ты даже представить себе не можешь как сейчас мой мальчик страдает. Он же не выживет среди этих уголовников. А тебе ничего не стоит просто прийти на суд и сказать, что это не Коля с тобой сделал, а кто-нибудь другой. Например, твой новый хахаль, с которым ты приходила ко мне домой. или вообще сама неудачно упала.

В этот момент я просто не могла поверить, что взрослый и здравомыслящий человек может серьезно мне предлагать такое. Но Лилия Семеновна была полностью уверена в своей правоте.

— Вы издеваетесь? Ваш сыночка похитил и избил меня, пытался изнасиловать и продать за свои долги. А вы просите меня дать ложные показания на суде? Вы в своём уме? — Я старалась говорить спокойно, но голос срывался.

— Да, оступился. Признаю. Но ты жива, ничего критичного с тобой не случилось и явно идешь на поправку.