Вот прямо сейчас. Срочно, чтобы не дай Бог, на десять лет растянулось в очередной раз.

«Я беременна. Настроение прыгает, думаю, что девочка. Следи за дорогой. Люблю тебя, меткий стрелок».

Так, сообщение отправлено.

А теперь - блинчики.

Ира такая счастливая, словно сама при женихе и беременности. Говорит о своих планах на будущее. Готовит бизнес план моя лисичка. Собралась на себя работать.

Пока дома на заказ, потом, если дело пойдёт, будет открывать ателье. Тараторит без умолку, а я смотрю на неё и понимаю, что совсем не способна соображать.

Утренняя эйфория тянет куда-то глубоко, в мягкие розовые облака абсолютного счастья.

Начало веселья.

– Да ты у нас, Питер, скоро так отцом-героем станешь!

Игореха ведет машину, весело косится на меня и, как всегда, несет бред.

– Слушай, в школе же были уроки полового воспитания. Даже я помню. А ты где был в это время?

– На практике все изучал, – огрызаюсь я, – за дорогой следи.

– Да я-то слежу… А вот кое-кому этот совет тоже не помешал бы… Да, Кирсан?

Кирсан, спокойно и быстро что-то печатающий в планшете, развалившись на заднем сиденье недавно купленной новой бэхи, единственного, что можно было приобрести быстро в этой дыре, даже головы не поднимает. Он Игореху старательно игнорит с того самого момента, как обнаружил что во всех шаблонах, шапках документов и даже в почтовых подписях он теперь значится как «Нестоянов Кирсан Однояйцевич»."

"Естественно, ошибку быстро обнаружили и все сменили, но порядка двадцати документов ушло все же по адресатам.

Я в этот момент как раз получил потрясающую новость о своем отцовстве, а потому предоставил придуркам самим разбираться между собой.

Судя по тому, что Игореха был жив, весел и даже не сильно помят, а Кирсан мрачен больше обычного, в этот раз призовой балл отошел моему айтишнику.

Мне плевать.

Утро задалось, и теперь я еду за своей женщиной. Чтоб в глаза ей посмотреть. И живот погладить. С моим ребенком внутри.

Одуреть! Еще один ребенок!

В пятнадцатый раз перечитываю её сообщение.

– Думает, что девочка, – вслух рассуждаю я. – Игорь! Игорё-ёха, мне как умом не тронуться? Я ещё толком не осознал, что отец. Отец ребёнка десяти лет, а тут ещё и дочь… Дочь… Это же что-то совсем нежное.

– Я тебе так скажу, если не начнёшь предохраняться, это не кончится, – ржет Игорь.

Не злюсь. Вообще никак не реагирую на внешние раздражители. Не в том состоянии.

Игорю становится неинтересно меня троллить.

А, учитывая, что Кирсан на него тоже никак не реагирует, то вообще впору загрустить.

По сути, ему есть из-за чего.

Мы с ним последние из могикан в море бесконечных женатиков.

Все друзья уже с семьями и детьми, а кое-кто уже успел развестись и еще раз жениться. Нарожать детей. Обзавестись любовницами и даже от них детьми.

И только мы держались.