Охрана уже прочесывает лес, ищет этих уродов, — шепчет он успокаивающе, а после глухо выдыхает в макушку, — Господи Боже, почему же ты у меня такая бедовая, мышка? Как же я испугался за тебя…

Я успокаиваюсь только сейчас, когда понимаю, что все кончилось. И вместе с этим пониманием на меня обрушиваются настоящие слезы. Я реву, уткнувшись в плечо моего спасителя и трясусь, как осиновый листочек на ветру. Марк обнимает крепче, шепчет что-то неразборчиво-нежное, гладит по волосам.

— Я же просил тебя быть дома, — с ласковым укором произносит он, когда поднимает мое лицо к себе и мягко стирает пальцами слезы со щек.

— П-просто позвонили. Сказали в офис приехать. Я думала, ты тоже там, — говорю я честно и всхлипываю, — я ногу поранила, когда бежала.

Краев тихо чертыхается и тут же подхватывает меня на руки. С губ срывается тихий вздох, когда земля резко уходит из-под ног и Марк крепко прижимает меня к себе.

— Что же ты сразу не сказала? — недовольно цокает он, но в голосе все равно больше угадывается беспокойство. И несмотря на то, что сама ситуация аховая, сердце все равно сладко екает.

— Как-то не до этого было, — смущенно бормочу в ответ, обнимая мужчину за шею, чтобы ему было удобнее меня нести.

От его пиджака тонко пахнет приятным свежим одеколоном, таким до боли знакомым и родным… И только сейчас напряжение отступает совсем. Внутри будто расслабляется натянутая пружина: глаза закрываются сами собой и мягкая темнота окутывает все вокруг.

Не знаю почему, но я точно уверена, что рядом с ним — в его руках — самое безопасное место на всей Земле.

Глава 24. Ты ведь не против четверых?

Бесконечный темный лес.

Из последних сил бегу вперед.

Ветки безжалостно хлещут по лицу, оставляя кровоподтеки, а легкие ломит от обилия воздуха. Они догоняют, я это знаю. По топоту за спиной, по безысходности, что дышит в затылок и заставляет вставать волосы на затылке дыбом. Запястье жжет от боли, когда преследователь перехватывает его и больно дергает назад. Я кричу и… выныриваю из сна.

Резко сажусь на постели и жадно глотаю воздух, приложив руку к груди, чтобы унять сердцебиение. Панически осматриваюсь вокруг. Обстановка незнакомая: широкая кровать со спинкой из темного дерева, на небольшой тумбе рядом стакан воды.

От внезапной догадки к горлу подкатывает тошнота. Меня поймали и заперли в комнате!

Хотя стоп. Ведь Марк вчера просто спас меня — иначе и не назовешь. Откидываю одеяло в сторону, чтобы встать и осмотреться получше. Именно в этот момент Краев заглядывает в комнату, и я поспешно прячу голые ноги.

— Проснулась? — он чуть улыбается и уже свободно заходит внутрь.

— Д-да, — замечаю, что на мне чужая и явно мужская футболка вместо моей одежды и смущенно притягиваю к себе подушку.

— Хорошо.