И его совершенно точно необходимо развеять.

Марго ничем ее не хуже — стройная, изящная, с той стервозной красотой, что привлекает мужчин любого достатка, но доступна лишь тем, кто способен ее щедро содержать. Деньги Маргарита любила всегда. И умело отплачивала тем, чем ее одарила природа. Хотя с сексуальностью иногда перебарщивала.

Через сорок минут я уже у ее квартиры. Звоню в звонок — ключи от квартир любовниц я не беру принципиально. Иначе девушка вполне способна посчитать это переходом к «серьезным отношениям».

— Заставляешь ждать, — мурлычет томно Марго, открывая дверь почти сразу же.

Она пропускает меня в квартиру. Оценивающим взглядом скольжу по ее стройной фигуре, соблазнительно обтянутой красным платьем. На губах излюбленная красная помада, а довершают образ вамп черные чулки и туфли на огромных каблуках. Почему-то выглядит Марго так, словно собралась сниматься в фильме для взрослых, которые снимали в девяностых годов — вульгарно и дешево."

"Пользуется моим замешательством и тянет за галстук в комнату. Спокойно убираю ее руку и сажусь на диван в гостиной. Сегодня нет настроения для всех этих дурацких игр. Но любовница не теряет запала. Неторопливо и вызывающе она всасывает большой палец в рот, слегка двигает им, имитируя двусмысленные движения.

Ухмыляюсь, глядя на представление. Почему-то выглядит жалко и не к месту. Раздражает.

— Иди ко мне, — говорю ровно, просто чтобы прекратить эту дурацкую комедию.

Девушка победно ухмыляется и, виляя бедрами, направляется ко мне.

На пару долгих секунд мне кажется, что Марго перекрасила свои смоляные волосы в блонд. Удивиться не успел, потому что Маша хитро щурится, кокетливо спускает с плеча лямку красного платья и ненадолго застывает передо мной. Игриво скользит кончиком языка по губам — я слежу жадно за этим движением. В горле пересохло и першит, и я нервно сглатываю.

Она улыбается застенчиво и, глядя прямо в глаза, медленно, будто в замедленной съемке, опускается на мои колени. Жадно стискиваю ее тонкую талию: она восхитительно призывно изгибается под моими ладонями. Чувствую жар нежного девичьего тела и не выдерживаю — жестче, чем нужно, сжимаю ее тонкую шею. Хочется не просто поцеловать ее, а буквально вгрызться жадным поцелуем в призывно распахнутые губы, смять сопротивление, попробовать их на вкус, присвоить…

С губ срывается призывный пошлый стон и… туман перед глазами рассеивается так резко, что я по инерции подаюсь назад, когда понимаю, что за поцелуем тянется Марго, а вовсе не Маша.

— Что такое? — любовница замечает мое замешательство и обеспокоенно вглядывается в лицо.

— Ничего. У меня дела, — сгребаю ее в охапку и усаживаю на диван. И сам поднимаюсь торопливо, поправляя рубашку.