— Ты с ума сошла?! — не выдержала мама, — Отменять свадьбу за месяц до торжества! Все приглашения были разосланы за полгода, подготовка почти полностью окончена! С чего ты вдруг решила все отменить?

— Мама, я не люблю его.

— Дочь, все невесты испытывают мандраж. Поверь, даже я прошла через это, когда выходила замуж за твоего отца. Хотелось все бросить и сбежать. Это нормально.

— Ты не понимаешь! Ты ведь выходила замуж за отца по любви.

— Вообще-то пару нам выбрали родители, — хмыкнул отец, холодно осматривая меня с головы до ног, — ни твоя мать, ни я не знали друг друга до конца. Мы встречались только при наших родителях. Вам же с Эдуардом было позволено даже жить вместе! Мы пошли навстречу, сделали скидку на то, какое сейчас поколение!

— Это не играет роли. Я не могу полюбить Эдуарда по указке. Да, мы с ним встречались, жили вместе, даже спали…

— О, не нужно подробностей! — сморщился отец с брезгливой гримасой, прерывая тираду.

— …и я думала, что так и нужно! — в запальчивости продолжила я, — Что по-другому люди не живут. Я бы так и считала, если бы не уехала от вас.

— Я говорил, что младшая плохо на нее повлияет! Где одно порченое яблочко, там и другое, — цыкнул папа.

— Не нужно полоскать имя Таи! — не могу совладать с тем, что накипело за всю мою жизнь, — Она хотя бы честно все сказала тебе и не играет в счастливое семейство просто потому, что ты так сказал!

Никогда до этого я не спорила с родителями, даже не повышала голоса. Моя отповедь заставила их замолчать и уставиться на меня со священным ужасом.

— Машенька, прекрати так разговаривать с папой, — подала робко голос мама, — мы же любим тебя, хотим как лучше.

— Хватит манипулировать мной, мама. Никакой свадьбы не будет. Я уезжаю, — качаю головой с легкой улыбкой.

— Капитал должен приумножаться! А ты что, решила пустить нас с матерью по миру?! Жить в каком-то вонючем клоповнике? Неблагодарная! Ты всем нам обязана! — не выдерживает отец.

— Выставите счет за мое содержание и обучение — я расплачусь, — парировала я, подхватывая сумку.

— Ты нашла себе кого-то в том проклятом городе, — догадалась мама.

В одно мгновение весь мой запал исчез. Сердце ухнуло вниз от того, как у папы нехорошо блеснули глаза.

— Вас это не касается. Это моя жизнь, мое тело, а не какой-то товар, который надо выгодно сбыть."

"Ох, напрасно я сюда приехала, напрасно надеялась хоть на какое-то понимание.

— Да, кстати, об этом. Твое тело давно продано, — холодно оповестил отец.

— Ты о брачном контракте, что мы подписали с Эдуардом? Я его расторгну, пусть и с неустойкой.

— Не только. Вряд ли твой дружок захочет получить невесту с таким приданым, — ухмылка на его губах мне не понравилась совершенно. Он резанул меня презрительным взглядом и бросил, — жди здесь.