По-человечески прошу. Давай ты не будешь будить во мне зверя, а? Я не прошу тебя развеивать все это дерьмо в СМИ. Мальчик взрослый, сам раскидаюсь. Просто будь здравомыслящей женщиной, взрослой. Добро всегда побеждает зло. Пусть не сразу, со временем, но Фемида всех заставит держать ответ. Ты готова рожать в тюрьме и лишиться ребенка? — похоже она все же в положении. Рука невольно потянулась к животу, такую реакцию не сыграть.

— Это ничего не меняет, Игорь, — и начала уходить. Я же вздохнул с облегчением. Наконец этот цирк закончен. Давно пора было это сделать. — Герцен все равно не оставит это так.

Не я, так найдет другую, — все же оборачивается, давая совет, подтверждая мои догадки о том, кто все это затеял. — Может быть даже переводчица. Ты явно к ней что-то испытываешь. Где гарант, что он не играет с тобой по средствам ее? Или с помощью того, кто помог вам так быстро ее найти? Вариантов много. Удачи тебе.

И уходит, заставляя сомневаться во всем. Раньше я не задумывался над этой ситуацией в таком ключе. Могли выйти на мое прошлое и так как Варя явно обижена, могла согласиться на такую месть. А может предатель Света и просто совпало… Кому можно вообще доверять? Вот только сейчас не время впадать в анализ ситуации.

Все вечером. В переговорную возвращаюсь довольно быстро. Картина заставляет нервно сжать кулаки. Этот чертов француз сидит рядом с моей женщиной и ее ребенком и что-то втирает. Вот только завидев меня все обрывается.

После возвращения все идет в более правильном формате. Мы даже успеваем обсудить вопросные моменты. Вот только заключительный пункт, что Мирина станет постоянной переводчицей напряг. Но больше всего вывело из себя то, что она решили забить на нас и сама с ним все это обсуждала.

Хорошо, что их переводчица все переводила. Но и она в какой-то момент перестала это делать по указке все того же раздражающего мужика. И главное гад прервал на самом жестком вопросе, на себя он намекает или нет. Да ты ей в отцы, козлина, годишься.

Но разговор быстро прекратился, и они поспешили покинуть нас. Ее не было минут двадцать. За это время успел себя жутко накрутить. Мальчишка сидел на диванчике и тихо за нами наблюдал. Хотя точнее будет сказать, за мной. Он то и дело смотрел или на меня, или на свои коленки.

Симпатичный мальчишка. И маленький. Вполне мог бы быть моим. Но увы. Даже не верится, что она так быстро забыла меня и пустила в свою постель другого. У него есть отец, пусть и не с ними живет может и отказался, вот только куда я теперь полезу? В семью? Я все равно буду отчимом, не отцом. И когда этот… вернется, мальчуган будет любить его.

Вот только сердце не хочет слушать разум и переставляет ноги на пути к нему. Зажатость малыша жутко раздражает. Сажусь рядом и обнимаю мальца за плечи, прижимая к боку.