А в этом магазинчике благополучно продавали фрукты. Все ровно разложено, но… теперь уже начало гнить, потому что покупателей больше нет.

Брошенные автокары, средства связи, деньги. Осталось все, кроме людей…

И Ниол закрыли от внешнего мира. Теперь туда пускают только спецотряды: военный объект.

Я много раз порывался полететь туда, добивался через отца, который в прошлом был генералом и только три года назад ушел в отставку, но все безуспешно. Меня не пропускали. А я отчаянно хотел найти брата. Я чувствовал, что он жив. Глупо, конечно, вот так доверяться чувствам, ведь я не эмпат и не телепат, но… я точно знаю, что его сердце бьется.

Я должен его найти!

Именно поэтому я согласился напичкать свое тело нанотехникой. Если тестирование пройдет успешно, меня зачислят в спецотряд, и тогда я точно буду иметь шанс попасть на Ниол!

И вчера мне их вживили. Наркоз, яркие сны-видения, потом темнота и отдых, и вот теперь я — почти киборг!

Нет, конечно, это немного преувеличено, но…

Я медленно присел на кушетке, а потом поднялся на ноги. В теле чувствовалась легкость, бодрость. Но больше ничего. Повертел головой, потом взялся за металлический поручень и начал его сжимать. Сперва ничего не происходило, но по мере того, как я прикладывал все больше сил, металл — а это был крепкий миртоний — начал поддаваться, издавая жалобный скрежещущий звук. Немного закололо кожу — местами деформированный поручень повредил ее, выступила кровь…

Я оторвал руку от искореженного металла и изумлено уставился на его сжатую в гармошку поверхность. Поразительно! Неужели… это сделал я?

Потом перевел взгляд на свою ладонь. Два тонких пореза на глазах затягивались, превращаясь в незначительные полосы. Поразительно! Чудеса!

Ощутив себя необычайно сильным и бодрым, я поспешил отыскать доктора Питта, который курировал меня. Целых пять часов я сдавал анализы и проходил тесты. Сжимал, ломал, прыгал, отжимался, задерживал дыхание и прочее. В итоге я оказался настоящим универсальным солдатом, способным находиться в воде больше десяти минут, подпрыгивать в воздух на три метра и ломать металлические предметы, как праздничную булочку.

Доктор Питт был в восторге. И я тоже. Моя мечта отыскать брата становилась все реальнее…

Оставаться в лаборатории круглосуточно я должен был еще неделю, поэтому уснул в своей палате. Сперва снился всякий бред: док предупреждал, что такие последствия могут быть, но после ко мне пришло совершенно иное сновидение.

Мне приснилась Исида! Моя первая и единственная любовь. Безответная, тяжелая, мучительная…

Впервые я увидел ее на первом курсе ИВВА — Иширской Военно-Врачебной Академии. Она тогда была… переодета в парня.