Впрочем… Какой смысл себя останавливать, если и он, и я уже точно знаем, что случится дальше? Ладони его легли на мою талию, пояс поддался одному единственному движению. Проведя по вороту, Вандор поддел полы халата и спустил его с моих плеч. Тяжёлая ткань тут же соскользнула и, обдав лодыжки лёгким потоком воздуха, скомкалась у ног. В тусклом свете щетина на скулах Вандора казалась темнее обычного, на лицо падала тень. Я коснулась его щеки, но он тут же перехватил мою руку и, притянув меня, положил ладонь на затылок. Слегка сжал и посмотрел в глаза. Прищурился.

— Если ты решишь сбежать от меня, — очень тихо и очень серьёзно заговорил он, — я тебя найду. Где бы ты ни была, Милана, куда бы ни уехала. Запомни это. Ты принадлежишь мне, поэтому лучше даже не пытайся.

Я моргнула. Зачем он мне это говорит?! К чему?! Меньше двух суток назад он говорил мне, что я подарок, а теперь… Я смотрела на него, распахнув глаза и понятия не имела, что ответить. Должна ли я ему вообще что-то на это отвечать? В другой момент слова, вероятно, нашлись бы, но сейчас… Я чувствовала себя слишком слабой. Слабой перед штормом, бушующим за стенами дома, слабой перед штормом, разыгравшимся в глубине его глаз. Слабой перед ним, перед обстоятельствами и собственными противоречивыми чувствами. Оттолкнуть бы его, да…

Положив ладонь мне между лопаток, Вандор привлёк меня ещё ближе. Тела наши соприкоснулись — моя обнажённая кожа с его. Вспышка и разряд… Слетевший с губ выдох утонул в стремительном поцелуе. Язык Вандора вторгся меж моих губ и тут же проник внутрь, ладонь, лежащая на спине, устремилась вниз и оказалась на пояснице.

Я не успевала за ним, не успевала за жадностью его поцелуя, сдавалась перед его напором. Он смял мои губы, подчинил меня, сгрёб мои волосы и намотал их на руку. Потянул, заставляя откинуть голову и тут же, прикусив напоследок нижнюю губу, прижался к шее.

Я закрыла глаза. Обвила его широкие плечи и окончательно сдалась. Эти прикосновения были другими: более осторожными, долгими. Словно всё, что он делал прежде, но глубже и чувственнее. Пальцы его мягко и в то же время уверенно обрисовывали мои позвонки, скользили по ложбинке позвоночника, спускались к ягодицам и снова поднимались вверх, к лопаткам. Язык вдоль вены на шее, потом к ключицам…

От этих привычных и в то же время непривычных ощущений мне было так хорошо, что я застонала. Мне вдруг захотелось большего. Захотелось дотронуться, изучить, и я сама коснулась губами его тела. Лизнула тёплую кожу, царапнула маленький плоский сосок и, услышав шумный прерывистый выдох, подняла голову.

— Продолжай, если начала, — хрипло произнёс Вандор и, взяв меня за ладонь, потянул за собой на постель.

Мы упали поверх одеяла и уставились друг на друга.