Вроде и я, а вроде и совсем не я. Я никогда так не красилась, мне казалось, это будет слишком. Яна сделала акцент на глаза, они стали более выразительными и яркими. Красиво… удивительно, но мне нравится.

— Ну как?

— Здорово, — восхищенно выдыхаю и улыбаюсь."

"В коридоре слышатся шаги, а мое сердце сбивается с ритма. Это он, я уверена. Мой жених и палач. От неожиданности роняю зеркальце, благо что не разбивается. Только примет мне и не хватало для полного счастья.

Дверь без стука открывается, входят Назар и Егор Дмитриевич, мой лечащий врач.

— Добрый день, Алла, — усмехается он и пробегает по мне одобрительным взглядом. Приятно. — Вижу, готовы к выписке?

— Да, — улыбаюсь в ответ, всеми силами заставляю себя не смотреть на жениха. — Когда мне отдадут мой телефон?

— Какой телефон? — хмурится Егор и переводит взгляд на Назара. — У нас нет об этом информации.

— Мы купим новый, — снисходительно хмыкает тот. Но меня такой вариант не устраивает. Категорически.

— Мне нужен мой. Там все мои контакты.

Поворачиваюсь и все же смотрю на Назара. С вызовом и праведным гневом.

— Хорошо. Будет тебе твой телефон. — Он снисходительно улыбается, смотрит на медсестру и вопросительно изгибает бровь. — Яна?

— Все готово, — лебезит она, аж противно. — Выписку я заберу.

— Отлично.

Назар пожимает руку Грехову и кивает Яне. Затем берет ручки моего инвалидного кресла и везет к выходу. Да и пожалуйста. Складываю руки на груди и устраиваюсь поудобнее. В конце концов, у мужа есть обязанности, вот пусть и выполняет.

Он идет уверено, каждый шаг эхом отдается в ушах и заставляет пульс колотиться быстрее. Страшно так, что поджилки трясутся. Но я ни за что не покажу ему своего состояния.

Двери лифта открываются, Назар завозит меня в кабину, входит сам, и створки закрываются. Мы едем вниз. Он стоит напротив и с интересом рассматривает меня, словно я кукла в витрине магазина. От его присутствия пространство как будто сжимается. Дышать становится тяжело, аж голова кружится.

— Даже не поздороваешься? — Хрипловатый голос приятно ласкает слух и притупляет бдительность.

Сжимаю подлокотники сильнее и всеми силами стараюсь не реагировать ни на что.

— Здороваться — это желать здоровья, — цежу сквозь зубы. — Вам я его не желаю.

— Какая жестокая. — Назар подается вперед, наклоняется, и его лицо оказывается в опасной близости от моего. — А я, наоборот. Очень хочу, чтобы ты выздоровела.

— Свежо предание… — бормочу бессвязно и нервно сглатываю.

Смеется, сволочь. А я невольно замираю, глядя на то, как меняется его лицо. Складки на лбу пропадают, а на щеках появляются ямочки.

Назар вывозит меня на улицу. Очень холодно, я зябко ежусь. Не успеваю даже среагировать, как сверху ложится пальто. Пропитанное его запахом и парфюмом.