Аж дыхание срывается. Но я быстро возвращаю контроль над эмоциями.

— Девочку.

— Конечно, пойдемте. — Главврач с улыбкой встает. — Только надо переодеться. В неонатологию не пустят так.

— Хорошо.

Надеваю одноразовый халат, бахилы и шапочку и иду следом за Быстрицким. Двигаюсь по инерции, а сам плаваю в каких-то невнятных мыслях и переживаниях. Даже не могу четко уловить, что больше всего меня тревожит.

— Сюда, пожалуйста. — Главврач распахивает передо мной дверь в отделение.

Послушно прохожу и едва не врезаюсь в пожилую медсестру.

— Галина Федоровна, пропустите нас, — натянуто просит Павел Ильич.

— А это вы куда? — подозрительно прищуривается та.

— А это отец с дочерью познакомится хочет, — указывает он на меня.

— Ясно.

Галина провожает нас до нужной двери и, шаркая шлепками, удаляется.

— Проходите. — Быстрицкий вновь пропускает меня вперед и сам заходит следом.

Мельком заглядывает в несколько кювезов и останавливается напротив одного.

— Вот здесь ваша малышка.

Подхожу ближе и первым делом замечаю, что на бирке только фамилия. Моя. Неприятный озноб проходит по телу.

— А имя? — зачем-то уточняю я.

Вроде и все понимаю, но в голове не укладывается. Какая-то дикость.

— Обычно данные матери пишут. — Быстрицкий равнодушно пожимает плечами.

— Ясно, — пожимаю плечами. — Я могу побыть наедине с ребенком?

— Конечно, — кивает он и выходит.

Смотрю на малышку. Первый раз. Такая малюсенькая, сморщенная и смешная. Я никогда не видел таких маленьких. На картинках и в рекламе младенцы выглядят иначе. Не чувствую ничего. Хотя чего я ожидал? Увижу ребенка и проснется отцовский инстинкт? Увы, не случилось. Я вообще пока никак не идентифицирую себя с этой малышкой. Не ощущаю родственных связей. Может, я дефектный и совсем не создан для детей. Хотя я это и так знал и не собирался их заводить. О чем вообще думаю в такой момент? Тяжело это и очень сложно.

Выхожу из палаты, но главврача нигде не видно. Ушел, что ли? Куда мне идти, не имею понятия и двигаюсь к той двери, в которую входил. Оказываюсь на лестнице, спускаюсь ниже на этаж и застываю, увидев крупными буквами «реанимация». Сердце сбивается с ритма, а ноги прирастают к полу. Какого хера, Назар? Уходи отсюда. Не надо никого жалеть.

Но здравый смысл выносит волной отчаянного желания увидеть Аллу. Решительно иду в отделение. На посту стоят медсестра и врач. Видят меня и переглядываются. Плана у меня нет, придется импровизировать.

— Добрый день, вы кто? — Молодой доктор сканирует меня внимательным взглядом.

Читаю его бейдж «Зав. отделением Грехов Егор Дмитриевич». Отлично! Так кстати вспоминаю, что Алексей говорил про ИВЛ для реанимации. Самое время.

— Я от Павла Ильича, — криво усмехаюсь и протягиваю руку.