Так хорошо и спокойно, что не хочется даже шевелиться. Назар бережно удерживает меня и неторопливо скользит пальцами по коже. Мурлычу от удовольствия и судорожно всхлипываю. Так страшно вдруг потерять все.

— Что не так? — Назар чутко улавливает мое настроение.

— Не знаю. У меня никогда не было этого…

— Чего?

— Близости, тепла… Ну вот как сейчас.

— В смысле? — Он втыкается горячими губами в шею, едва ощутимо прикусывает и зализывает языком.

— Никто никогда меня не любил, — выдыхаю, погружаясь в пучину восторга. — Использовали только…

— Иди ко мне. — Назар крепко обнимает, окутывая собой со всех сторон. — Я буду тебя любить. За всех.

Он гладит меня везде, куда только может дотянуться, и шепчет всякие нежности, а меня не покидает чувство, что я что-то упускаю. Назар словно специально притупляет мою бдительность. Ну конечно! Хитрец!

— Назар, — зову я, выныривая из облака эйфории.

— Что?

— Что ты недоговариваешь?

— Какая ты неугомонная, — беззлобно смеется он.

— Ты мне не доверяешь? — оборачиваюсь и перехватываю его напряженный взгляд.

Не нравится мне все это. Но очень хочется разобраться на берегу. Раз уж мы решили попробовать быть вместе, мне кажется, нужно делиться проблемами и переживаниями.

— Не в этом дело, просто…

Назар фыркает и взлохмачивает волосы. Я не вмешиваюсь и не тороплю, даю ему возможность самому продолжить.

— Не только у тебя не было отношений, — все же выдавливает он. — Но и я до встречи с тобой не собирался заводить семью. Совсем. Никогда.

Не улавливаю связи.

— Что это значит?

— Я сделал вазэктомию. Почти два года назад.

Что-то знакомое. Неприятные мурашки ползут по коже. Инстинктивно веду плечами и вспоминаю.

— Вазэктомия? Это же…

— Да, это стерилизация.

Назар поднимается на ноги, берет полотенце и выбирается из ванной. Собирается сбежать от меня? Ну уж нет.

— Но зачем? — хватаю за запястье и вынуждаю остановиться.

В голове не укладывается, что такой мужчина, как он, мог пойти на это.

— Я решил, что не хочу иметь семью и детей. — Голос Назара звучит ровно и уверенно. — Потому что не могу им дать что-то очень важное. То, что невозможно купить за деньги.

Какая чушь. Откуда он это все взял?

— Я был пустым до тебя. — Он наклоняется, целует меня и спускает остывшую воду.

Дает понять, что разговор закрыт? Или ему нужно время? Или оно нужно мне?

Муж помогает мне смыть остатки пены, заворачивает в полотенце и несет в комнату. Усаживает на постель и бережно вытирает, не забывая целовать сухие участки кожи. Приятно, но расслабиться не получается. Я не могу так.

Перехватываю его лицо в ладони и вынуждаю посмотреть на меня.

— А это можно как-то исправить?

— Есть небольшая вероятность, но без гарантий, — нехотя отвечает он и серьезно смотрит на меня.