Особенно когда он взял с ближайшей полки флакон с определённой жидкостью и варежку-мочалку из натуральных жёстких тканей. Всего несколько непредвзятых движений мужских рук прямо перед моим лицом и вот уже его ладони снова на моей коже. Размазывают и вспенивают скользкий гель по чувствительной груди, намеренно задерживаясь на самых нежных зонах. Из-за чего у меня враз начинают дрожать коленки и сбоить дыхание с сердцем. От его знающих прикосновений, щадящих сжатий на моих обоих полушариях и последующих массирующих движений по рёбрам и дальше вниз по животу, меня пробирает каким-то противоречивым удовольствием.

Будто преследующим меня, как и сам хозяин данных рук, против моей воли.

И, конечно, я не выдерживаю и всхлипываю, как только его слишком смелые пальцы накрывают мой лобок и проскальзывают в стык меж больших половых губ, начиная намыливать всю ноющую там киску буквально по всей промежности, вплоть до самого ануса.

— Расставь ноги пошире и не сжимайся. — его хриплый приказ царапает слух с контуженным сознанием дополнительной инъекцией острого возбуждения.

Кажется и вправду, уж лучше вообще не сопротивляться, а дать этому чудовищу полную свободу действий.

Пусть что хочет, то и делает. Я всё равно не могу ему противостоять, как бы сильного этого не хотела сама. Он всё равно возьмёт своё и сделает всё по-своему.

— Если неудобно стоять, обопрись о стенку.

И снова нет. Это не предложение. Поскольку я уже ни черта не соображаю под его руками, которые, кажется, уже прошлись практически по всему моему телу, не пропустив ни одного живого места.

Маннерс сам подводит меня к ближайшей стеклянной перегородке, и я интуитивно прижимаюсь к её мокрой поверхности дрожащими ладонями.

И снова подвисаю, поскольку не сразу, но всё же вижу собственное отражение в высоком зеркале напротив, вмонтированном в стену ванной в паре ярдах от душевой. Похоже, ночной кошмар и не думал заканчиваться, как и моя реакция на этого сумасшедшего Дьявола.

— Расслабься, Энн. Я же знаю, что тебе приятно. Разве такое не может быть неприятным?

И в подтверждение своим словам он снова начинает меня намыливать, глядя поверх моей головы в наше общее отражение. Его ладони на моей спине, ягодицах, а пальцы опять ныряют, в этот раз уже сзади, в мою промежность.

Натирают опухшие дольки половых губ и опять массируют клитор с чувствительными лепестками вульвы.

Как тут не сойти с ума и не потечь, сдерживаясь из последних сил, чтобы не поддаться назад и не выпросить у него большего… Блядь… самой насесть на его явно уже вставший колом член, близость которого я явственно ощущала где-то в паре дюймах от моей киски.

— Ты же не забыла моих требований? Не отводить взгляда и не закрывать глаз.