Наркотика по имени «Маннерс».

Глава 13

Кажется, кошмары мучили меня всю ночь, с того самого момента, как я провалилась в забытье, окончательно разорвав связь с реальностью. Но только не с тем, кто затащил меня в свой ад, а потом преследовал каждую грёбаную минуту безумных сновидений физически и ментально. Врезался в мою память и воспалённое сознание гипнотизирующим голосом с тугими ремнями своей изголодавшейся Тьмы. И там я действительно не могла не пошевелиться, ни издать хоть какой-то звук или слово. Бесконечный абсурд вывернутого наизнанку сюрреализма из сплошных ощущений, жутких образов и непереводимых фраз от чёрного заклинателя.

И, кажется, там были зеркала. Много зеркал. С отражениями, в которые я не хотела заглядывать. Но он меня заставлял. Снова и снова. Не отходя от меня ни на секунду. Удерживая, прижимая к себе, затягивая в себя… в свою Бездну…

А его грёбаный взгляд… Я не переставала его чувствовать ни на мгновенье. Он преследовал меня, куда бы я ни пыталась сбежать. Так и промучилась всю ночь, думая иногда, что просыпаюсь после очередного кошмарного эпизода, а на деле лишь перескакивая в следующий.

И так едва ли не целую вечность, пока в один из таких моментов я не дёрнулась всем телом, и не проснулась по-настоящему. Пока, преодолевая сумасшедшую слабость, не разлепила веки и не увидела перед собой вроде как знакомые очертания чёрно-бежевой спальни с высокими потолками. Кажется, погружённой в полусумрак то ли раннего утра, то ли позднего вечера. После чего, мало что соображая, потянулась взглядом к близстоящей прикроватной тумбочке и… увидела небрежно разложенный на её крышке ювелирный гарнитур из ужасно дорогих украшений. У меня даже рот непроизвольно округлился, будто я собиралась вот-вот застонать, а то и заскулить.

Наверное, не могла заставить себя поверить в то, что это была правда. Всё, что здесь творили со мной прошлой ночью — сущая правда, а не привидевшийся мне во сне кошмар. И если я сейчас попытаюсь пошевелиться и привстать, моё тело напомнит об этом неопровержимыми фактами в виде ноющей ломоты в костях и мышцах и… в растертом до болезненных ссадин влагалище.

Правда, мне всё равно пришлось это сделать, но на чистом интуитивном порыве. Когда ощущение чьего-то прожигающего в спину взгляда возросло в разы за считанные секунды и я, осознав, что лежу на скомканных простынях огромной двуспальной кровати совершенно голая и ничем не прикрытая, тут же подскочила с подушек, как ошпаренная, резко оглядываясь назад и неосознанно хватаясь за атласное покрывало.

И сразу потянула его к груди, прихватив по ходу и нижнюю простынь под аккомпанемент своего взбесившегося сердца. Даже в голову ударило ослепляющим и оглушающим шипением вскипевшего в крови адреналина.