— Черт! — вырвалось у меня прежде, чем я вообще осознала, что говорю. Наглая ведьмочка услужливо напоминала о том, что мы обе ему наговорили. Блин, вот на этот раз я попала так попала!

— Архидемон, если не возражаете, — ухмыльнулся он, с интересом глядя на меня янтарными глазами. Золотистые отблески в них почти сливались с радужной оболочкой.

С трудом оторвав взгляд от Абигора, я посмотрела на ошеломленно взирающих на нас других гостей. И теперь понимала, почему вдруг такая тишина воцарилась. То, что сам повелитель соизволил уделить внимание ничтожной человечке, удалившись от более подходящей для него компании, несомненно, поразило всех. А меня больше всего. И я понятия не имела, что теперь делать. А архидемон продолжал на меня пялиться, ничуть не смущаясь из‑за всеобщего потрясения.

— Размышляете, какой смерти меня лучше предать? — ляпнула я очередную глупость, лишь бы скрыть смятение.

Абигор расхохотался, слегка запрокинув голову.

— Признаюсь, сейчас я думал далеко не об убийстве, — наконец, бросил он.

— И о чем же думали? — решив, что помирать — так с музыкой, я вскинула подбородок.

— О несколько другом сценарии с тобой в главной роли.

Судя по особому блеску в глазах, мне такой сценарий вряд ли бы понравился."

"— Думаю, для таких сценариев вам лучше использовать более подходящих актеров. А мне, скромной человечке, как‑то ваши великосветские развлечения не особо по душе. — И вот заткнуться бы мне, и так наговорила с три короба больше чем нужно. Но наглая ведьмочка бросила вдогонку: — И вообще демоны, нагло лапающие девушек в темных комнатах, меня не привлекают.

Что я несу?! Блин! Мысленно я уже несколько раз отхлестала себя по губам, сама же с гордым видом обогнула повелителя и двинулась по залу. Лихорадочно искала глазами Зепара. Впервые я настолько жаждала его общества! Идти далеко не пришлось. Выскочив откуда‑то сбоку, он приблизился ко мне, бледный и напряженный. Взял под руку и повел в другой конец комнаты.

— Что происходит? — прошипел он.

— А что происходит? — устало спросила я, не глядя больше по сторонам. — Думаю, просто моя песенка спета. Как думаешь, что предпочтительнее: смертная казнь или живьем в разлом?

— Ты о чем? — опешил Зепар.

— Я только что нахамила вашему повелителю, — бескровными губами пролепетала я, утрачивая наигранную браваду. Осознание того, что наделала, превращало все внутри в подобие студня. — Думаю, он не прибил меня на месте только потому, что не хотел делать этого у всех на виду.

Мы уже остановились у стены, и я продолжала упорно смотреть в пол. Зепар же холодно процедил, склоняясь к моему уху.

— А я вот полагаю, что прибить тебя — последнее, что ему хочется. Давно он уже так ни на кого не смотрел.